Взяв конверт, я взвесил его в руке.

— Долго он набирался храбрости. Я уже планировал поторопить его напоминанием о красивой подписи одного графа на согласии о сотрудничестве. Сомневаюсь, что третий принц оценит эту закорючку с подобным текстом. Много хоть написал?

— Два листа, мелким почерком.

— Будет что почитать вечером. Или есть что-то интересное, на что мне следует обратить внимание?

Энно усмехнулся, выдержал паузу. Боги, пора ввести за нее штрафы… всем, кроме меня.

— Виконт Чорнар неудачно съездил в горы, — обронил он как бы невзначай. И с притворным сочувствием добавил: — Лошади испугались и понесли, экипаж улетел в пропасть, прямо в горную реку. Тело кучера отыскали, а вот тело самого графа и его слуги так и не нашли.

Виконт Чорнар — это имя из списка известных мне предателей из «Нового Восхода», переданного третьему принцу под видом признаний ласса Сидмана. Интересно, этого предателя в темнице доломали, чтобы он признал, что сам надиктовал мне этот список. Или он продолжает отпираться, утверждая, что я его сам составил?

А я думал, что все эти имена давно сидят под замком где-то в самых секретных и хорошо охраняемых подземельях по соседству с Сидманом. А там, в тишине каменных мешков и под участливыми взглядами всегда готовых выслушать чистосердечные признания дознавателей и следящих за состоянием пленников целителей, изливаются соловьем.

После взрыва фольхстага и попытки вооруженного мятежа «мастеровых» в столице о милосердии императора и мечтать не стоит. Суман Второй хоть и предпочитает лавировать, хитрить интриговать и договариваться, но может проявить нужную временами жесткость близкую к жестокости.

Дракон стар, но это всё еще дракон.

А по всему выходит, что с моим списком решили работать аккуратно. Все же не последние фольхи империи замешаны, а не уличная чернь. Сначала выждали, чтобы империя слегка отошла от неудачного мятежа «мастеровых». А затем начали аккуратно организовывать «моим именам» исчезновения и несчастные случаи. Частить с этим не стоит, подозрительно. Но одно-два имени таким вот нехитрым образом может «пропасть».

Не ожидал от Третьего Отделения такой тонкой работы. Или это возвращенные из опалы «черные» железного маркграфа опытом делиться начали?

Ходит по империи слушок, что последних стали спешно возвращать на службу.

Глядишь, так и номера островитян присмиреют. Забьются в глубокое подполье, чтобы лишний раз не привлекать к себе пристального внимания возрожденных черных. Тем нужно срочно оправдать «высокое доверие», так что копать будут, как никогда раньше.

— Какая трагедия, — так же притворно отозвался я, вновь взвесив в руках конверт.

Посмотрим, а вернее почитаем, что интересного готов нам поведать граф Сулис Эно-Интан.

* * *

Раскисшая после дождя и разбитая грузовыми телегами дорога не радовала. Гнедая по кличке Звездочка все еще упрямо тащила за собой двуколку двух провинциальных докторов. Но налипающая на колеса грязь не добавляла ей прыти.

— Может хватит по горам мотаться? Вернемся в город? — предложила Прия, недовольно посмотрев на заляпанный грязью плед, которым они с мужем укрывали во время поездки ноги. — Это проклятая погода раздражает! И последний час у меня такое странное чувство, словно за нами кто-то наблюдает, — пожаловалась она, с опаской покосившись на покрытый лесом склон, слева от дороги.

— Не придумывай. Да и мы почти доехали, — терпеливо протянул Виней. — Всего один поселок и остался. Закончим, и к вечеру будет тебе город.

— Тем более! Один поселок можно и пропустить.

— Нас люди ждут. Привыкли, что я в это время объезд делаю.

— Подождут! — не отступала Прия. Свою работу она любила, а вот разъезды — ненавидела. Да и это странное чувство чужого взгляда не отпускало. — А в случае чего и сами до города могут доехать, — добавила она, — да на прием записаться. Все же не фольхи.

— Я тебе предлагал остаться в Горане, — напомнил Виней супруге.

— Еще чего! — возмущенно фыркнула та в ответ. — Чтобы ты опять на несколько дней пропал и где-то кувыркаясь с местными селянками?

Виней закатил глаза. Эту историю Прия теперь будет несколько лет вспоминать, если не больше.

— Я же тебе объяснял, что после сильного дождя сошел сель и заблокировал дорогу. Вот и пришлось задержаться, пока его чистили.

Прия вновь выразительно фыркнула, явственно показывая, что не особо верит его оправданиям. Но развивать тему мнимой измены дальше не стала. Да и гнев она скорее разыгрывала, просто подтрунивая над мужем. А в поездку напросилась не для контроля, а потому что в городе её деятельной натуре стало просто скучно.