Окно закрылось, оставив Торретти щуриться в реальное, уже темнеющее небо.

По дороге обратно в зал он запустил несколько поисковых агентов, и немедленно пришедшие ответы заставили его помедлить с ладонью на дверной ручке. Он слышал, как Фостер завершал свой призыв к немедленному выводу войск из Урлии; толпа разразилась аплодисментами. Сегодня в кампанию вливались большие деньги, и позиция требования вывода войск становилась основной частью платформы Патриотов.

И все же население Аэфории было больше, чем население Канады210, а она Урлию не покидала.

Его цифровые агенты демонстрировали ему размах внимания и помощи, которые текли через онлайн-нацию. У Аэфории не было армии — пока еще, или, по крайней мере, официально, — но посредством совместных усилий своих членов она обладала богатством и влиянием.

Кто бы ни вмешался в канадскую миссию в Урлии, они заодно пытались уничтожить Аэфорию — место, где Торретти чувствовал себя в безопасности и был желанным гостем. До сих пор кризис в этом далеком городе был абстракцией, и от него легко было отмахнуться. Но теперь — теперь они угрожали его друзьям.

Он протиснулся в бальный зал, где ему предстояло провести следующий час, пожимая руки людям и вслух соглашаясь с политикой отвода войск, с которой он внезапно соглашаться перестал.

Метки дополненной реальности вели себя странно. Брайан Соколоу наблюдал, как значки в оверлеях, красовавшиеся над каждым зданием или магазином, все замигали и стали исчезать. Намвар резко затормозил и выругался. Мужчины обменялись потрясенными взглядами.

— Это падает муниципальная система, — сказал Соколоу. — А как насчет тех независимых, о которых вы раньше говорили? — Он увидел роутер на солнечных батареях, прикрепленный к стене соседнего здания; судя по тому, что рассказывал Намвар во время их первой поездки вместе, местные кланы, банды и предприятия — все располагали своим собственным сотовым оборудованием211, из чего следовало, что у них у всех имелись собственные полузащищенные сети. Они не должны были упасть все разом.

Он высунул шею из работающего на холостом ходу грузовика. Далеко над головой в небе все еще медленно вращался сиреневый символ Аэфории. По крайней мере, никто не дотянулся до их спутников.

— Я сейчас позвоню, — сказал он Намвару. Тот покачал головой и сказал что-то на пушту, и через секунду Брайан понял, что телефон Намвара не перевел его слов. — Мы отрезаны? — спросил он, и Намвар сделал беспомощный жест, а затем постучал себя по уху.

Поняв, что его коммуникационная пуповина со штаб-квартирой CHERT разорвана, Соколоу заставил себя сделать длинный вдох и прочесть краткую молитву. Эти проблемы были устранимы — до тех пор, пока нетронуты аэфорийские спутниковые маршрутизаторы. Поскольку Аэфория входила в коалицию, его полномочий там должно было хватить, по крайней мере, чтобы перенаправить поток сообщений через аэфорийскую сеть. «Ну как?» — спросил он, увидев, что Намвар протягивает руку, чтобы нажать на невидимые кнопки в воздухе212.

— Мы снова можем говорить. — Намвар усмехнулся, но с неуверенным выражение на лице, как будто не так это было и хорошо.

— Похоже, кто-то обрушил все городские сети, — сказал Соколоу. — Но выглядит это так, будто сбой затронул только локальные устройства. Может быть, в них есть какой-то нанотехнологический213 компонент… — Он посмотрел за спину. — Убежище там.

— Я знаю место получше. — Намвар снова тронул грузовик. Соколоу впервые задумался о том, удачной ли идеей было садиться в эту машину. Он не успел об этом поразмыслить, как чуть не ударился носом о приборную панель: Намвар с визгом затормозил, когда они завернули за угол и обнаружили впереди военное заграждение.

— Это что, национальная армия?

Намвар замотал головой, бешено крутя руль и давая задний ход.

— Да. Нет. Урлия многонациональная, да? Коалиция заинтересованных групп. С армией то же самое, но в случае кризиса она может распасться на отдельные подразделения. Там может быть национальная армия, или они могли перейти на сторону одного из кланов, или кто еще им платит. Лучше перестраховаться. — Он выехал на другую улицу.

Соколоу с мгновение пристально вглядывался в своего водителя, рассуждая, во что он ввязался. У него было ужасное чувство, что он отстает от жизненно важных событий. Он подчеркнуто отвернулся и активировал соединение с Аэфорией, закрыл глаза и вызвал в своем виртуальном сенсориуме весь аэфорийский мир.

Через его спутниковую связь информация просачивалась лишь слабой струйкой, но этого оказалось достаточно, чтобы он увидел вставшую вокруг него страну, огромную сеть из людей, разбросанных по всей Земле, с миллиардами долларов наличности наготове, огромными базами данных и активными средствами в каждой стране реального мира. Аэфория мобилизовывалась против какой-то атаки, и то, что она происходила именно сейчас, не могло быть совпадением.

Привычные виртуальные сады, бульвары и здания Аэфории отсутствовали; вместо этого Соколоу обнаружил, что подвешен в огромном пространстве тактического дисплея, а вокруг него медленно вращается колесо из иконок и окошек. Прежде чем он смог осознанно сориентироваться, его система ДопИнт уже интерпретировала, куда направлено его подсознательное внимание214. Она немедленно соединила его с отделом посредников департамента Глобальных Отношений. «Что происходит?» — спросил он посредника ГО, выглядевшего как женщина, парящая в облаке иконок и полупрозрачных дисплеев.