Георга я не видела, но это было хорошо. Главное, он на ферме, значит, с ней все будет в порядке!

Георг

Марина превзошла себя в попытке спасти мои конечности, и если ноги, на удивление, удалось вылечить достаточно быстро, то руки никак не хотели восстанавливаться.

— Я понимаю твое нетерпение, но работа от тебя никуда не убежит, если так уж хочешь — ходи, но в пределах дома. И руками ничего не трогай, если опять лопнет кожа на правой руке…

— Хорошо, я все понял. — Не скрывая раздражения, отозвался я.

— И не натвори глупостей, — добавила она.

— Меня до глубины души возмущают твои слова. Я что мальчик, которому надо все разжевывать?

— Ах, если бы мальчик... — Она картинно возвела глаза к потолку и тяжело вздохнула.

Я улыбнулся, и устало посмотрел на свои кисти рук, почти лишенные кожи. От внешнего мира их отделяла только тонкая пленка, созданная усилиями Марины.

— Иди, отдыхай, я наверно достал тебя до печенок своими ногами.

— Есть немного… — Марина едва заметно улыбнулась. — Главное, ты жив…

— Он тоже жив. Я уверен. Кого они хотели, тех сразу убили. Меня оставили для медленной расправы, а его тотчас увели.

— Надеюсь на это… — Она вытерла слезу и торопливо ушла.

Потеря Корбана болезненная для меня тема, но Марина… Она связана с ним давно и крепко.

Я вышел из кабинета. Прогулялся по дому. Проверил датчики зарядов у пушек, висевших по периметру. На нуле. Почти все можно выкидывать, так как ни комплектующих, ни зарядов к ним не найти. Еще год назад темных зон, где пространство не простреливалось, было около пяти, теперь защиты почти нет, периметр по сути голый. И ничего не сделать!

Медленно спустился к подвалам. Защита на двери отключена.

Что за новшества?!

Я раздраженно вошел в подвал и тут услышал звуки фильма. На миг в голову прорвалась шальная мысль: «Неужели Корбан вернулся?!»

Резко дернул за ручку, дверь легко распахнулась.

В глубине комнаты на диване сидела Ивета. На мониторе шел фильм.

— Каким образом?! Кто позволил?! — в бешенстве прорычал я, не в состоянии справиться с досадой. — Выходи отсюда!

Ивета молча поднялась и вышла в коридор.

Тут, прибежав на крик, появилась вездесущая Марина. За ней следом примчался любопытный Жорж собственной персоной.

— Это я ее туда посадила, не ругайся… — мирно сказала доктор, мгновенно разобравшись, в чем дело.

— Я приказал ей не шататься в подвал, что в этом приказе было вам непонятно?

Марина с легким раздражением отозвалась:

— Она мне помогала донести сумки с кровью. Отсюда их понесли помощники Кнута, а я оставила ее здесь именно из-за твоего приказа. И вообще… ты что, опять за что-то руками хватался?!

— Марина! — сквозь зубы одернул ее я.

— Ты так на бедную девочку раскричался, а вот раньше рабов, которые спасли хозяина, по традиции отпускали… — Искорка озорства полыхнула в ее темно-карих глазах. — Или усыновляли…

— Или женились! — заржал рядом Жорж.

Измерив однорукого холодным взглядом, Ивета в тон ему отозвалась:

— Вы лишнего не подумайте, хозяин, это Жорж себя имел в виду. Я ведь в вашем спасении участия толком не принимала. Это все Жорж, Санька и прочие. Он волнуется, что не оцените.

Судя по тону, на Жоржа она разозлилась.

Я с раздражением уставился на наглую девицу. Ишь ты, мой гнев не задел, а вот глупая шутка однорукого зацепила. А тот продолжал дальше кривляться:

— Вот это счас ты зря! — Покачал головой Жорж недовольно и угрожающе. — Если бы так кто другой сказал, я бы сильно обиделся и о-о-чень разозлился, — но тут он, повернувшись к Ивете, умильно проворковал. — Но зная тебя, только посмеюсь...

И одарил ее нежным взглядом.

— Я вижу, вы понимаете друг друга с полуслова, — наблюдая за ними, весело отозвалась Марина.

— Ну конечно, мы же теперь друзья! Как-никак вместе хозяина спасли. Правда, Ивета? — довольным голосом, поинтересовался Жорж. Впрочем, судя по его кривой улыбке, это была просто насмешка.

Ивета это тоже поняла и язвительно отозвалась:

— Насчет тебя очень сомневаюсь, а вот с Санькой, Леккой и Резаром мы точно друзья.

Игнорируя мое присутствие и явный гнев, Жорж картинно изобразил шок:

— Даже так?! Значит, нам надо срочно поговорить! Надеюсь, что добрый и благодарный хозяин отпустит тебя на полчаса к нам, в страшные упырские подвалы? — Он бросил вопросительный взгляд на меня, явно адресуя это фиглярство Ивете.