– Что ты слушаешь?

Он жестом указывает на радио, предлагая мне выбрать.

– Неее–а, я только разочарую тебя.

– Давай же, – едва заметная улыбка трогает его губы.

– Ладно, но ты сам напросился.

Я смотрю на время и высчитываю разницу с домом, прежде чем переключить на канал и национальное новостное радио Херста. Сморщенное от отвращения выражение лица Истона заставляет меня расхохотаться. Он слушает несколько минут и качает головой.

– Два торнадо убили шестнадцать человек, левые и правые сражаются, как обычно. Скажи мне, чем это поднимает настроение?

– Это моя жизнь.

– Нет, это жизни других людей.

Я поднимаю бровь.

– Осторожнее, ты становишься грубым.

– А ты становишься защищающейся, – парирует он. – Почему это?

– Я не фанатею от музыки. – Я пожимаю плечами. – Мы просто маршируем под разные барабаны, и это не просто игра слов.

– Нет, нет, Натали, нет, – он яростно качает головой. – Только не когда это касается музыки, только не музыки. Именно в ней мы находим общий язык.

Он смотрит на меня несколько долгих секунд, выключает новости, снова подключает Bluetooth и листает плейлист на своём телефоне.

– Глаза на дорогу, Краун. Я не хочу сегодня играть в рулетку с подушками безопасности.

Он игнорирует меня и переключает внимание между дорогой и телефоном.

– Разве ты не зажигаешь, когда гуляешь с подругами?

– Одна подруга и один друг, они мои лучшие друзья. Дэймон – сын Маркуса, лучшего друга моего отца. Мы как брат и сестра.

Заткнись, Натали!

– А ещё есть Холли. Она дочь одной из ближайших подруг моей мамы. Она на год младше меня, но мы все выросли вместе. В общем, думаю, мы иногда зажигаем, но я никогда не борюсь за контроль над радио.

– А что ты слушаешь, когда тренируешься?

– В основном новостное радио... хватит смотреть на меня, как на инопланетянку, – бормочу я и получаю в ответ ещё одну лёгкую ухмылку.

– Понял, – уверенно говорит он, выбирая что–то из своего плейлиста. – Начнём отсюда.

– Что? – я смеюсь над его оживлённым выражением лица, пока он прибавляет громкость и откидывается на сиденье. Секундой позже из динамиков доносится то, что кажется серединой старого новостного выпуска: – «...и в те несколько мгновений, что у нас остались, мы хотим говорить начистоту, на языке, который каждый здесь сможет легко понять».

Истон насмешливо приподнимает бровь, а я в ответ закатываю глаза, как тут же из колонок оглушительно взрывается гитарный рифф, заставляя меня подпрыгнуть.

Истон тут же опускает подбородок, его голова идеально отбивает тяжёлый ритм. Это чертовски сексуально, так естественно. Он держит меня в плену несколько минут, пока я внимательно слушаю. Когда его взгляд мельком ловит мой, я отвожу глаза к названию – «Cult of Personality», Living Colour. Добавляя её в список песен, которые Истон включал за время нашего общения, я позволяю себе погрузиться в неё. За считанные минуты я полностью вникаю в мощный текст, настроение песни перекликается с мыслями Истона о силе медиа и его личными убеждениями.

Я смотрю на него и вижу, что он полноценно ухмыляется, и понимаю, что он ждал, когда я уловлю суть.

Тушe, Краун.

Пока Истон продолжает зажигать на уровне, способном вызвать кровотечение из ушей, я не могу удержаться от смущённых взглядов по сторонам, пока мы останавливаемся на оживлённом светофоре. Истон игнорирует странные взгляды из машин рядом с нами и в ответ прибавляет громкость, от чего меня пробивает на нервный смех. Ухмыляясь, я начинаю копировать его движения, что приносит мне ещё одну полуулыбку.

Когда он подъезжает к выездной зоне отеля, песня всё ещё гремит из наших открытых окон, и моё лицо заливается румянцем.

– Истон! – восклицаю я с широко раскрытыми глазами, пока музыка эхом разносится по аэродинамической трубе входа и проникает в лобби отеля. Он продолжает отбивать ритм на руле, его пальцы идеально совпадают с барабанами, и ему абсолютно плевать. Краснея с каждой секундой, я смотрю в окно и вижу, как из отеля выходит пожилая пара. Мгновенно я тянусь к регулятору громкости, а Истон отмахивается от моей руки. Рука жжёт, и мне хочется сбежать, я снова смотрю на пару, как раз когда пожилой мужчина оживляется и начинает кивать головой, показывая Истону большой палец вверх.

Из меня вырывается ещё более истерический смех, пока я слежу за парой в боковом зеркале пассажира: мужчина продолжает идти в такт, пока они не исчезают из виду. Иронично качая головой, но всё ещё сияя улыбкой, я поворачиваюсь и вижу, как Истон внимательно изучает мой профиль.

– Хорошо сыграно, – саркастично хлопаю я в ладоши, когда песня заканчивается. – Я поняла твой намёк, но нужно было так сильно бить меня по голове таким тяжёлым молотом? – преувеличенно закатываю глаза. – Но таков уж ты... не так ли?