Я выхожу на улицу и первое, что вижу — машину Бугрова прямо перед подъездом. И его самого на водительском месте, с опущенным для удобства креслом.

Удивившись, я подхожу ближе, а он опускает стекло.

— Ты что, спал тут? — спрашиваю я.

— Нет, — медленно моргнув, отвечает он.

— Стерег нас с Элен?

— Тоже нет, — ухмыляется он.

— Думаешь, он настолько туп, что вернется сюда?

— Или, напротив, умен, — пожимает он плечами. — Этот район хорош отсутствием камер, портящих облик исторически значимых объектов.

— И все же, это тупо.

— Но ты же все равно повесила связку ключей на дверь, не так ли? — ловит он с поличным.

— Береженого, — назидательно произношу я.

— Запрыгивай. Подвезу.

— Подышу, — бурчу я и иду до ателье пешком, а он на малой скорости плетется следом. — Теперь будешь караулить его тут? — усмехаюсь я, доставая ключи. — Убийца же всегда возвращается на место преступления. Или как там говорится?

— Мне надо отъехать. Сделай нам обоим одолжение, запрись и никому не открывай, — нагоняет он жути и трогается с места, чтобы у меня не было возможности развеять появившееся в груди чувство тревоги.

Зайдя внутрь, я первым делом оббегаю все помещения и заглядываю в каждый угол, куда мог бы поместиться взрослый человек. Это глупо, учитывая наличие сигнализации, но становится чуточку спокойнее. Еще раз удостоверившись, что дверь заперта, я сажусь за главный заказ — костюм для мэра. И отключаю телефон, чтобы не отвлекаться, что в тот день оказывается фатальной ошибкой.

Около полудня в дверь начинают настойчиво звонить. Никаких примерок не назначено, и первым на ум приходит Бугров. Я сначала иду к двери, но когда прохожу мимо главного зала, взгляд невольно падает на то место, где я обнаружила отчима, и ноги будто прилипают к полу.

Раздается еще один звонок, и я, вздрогнув, возвращаюсь в мастерскую, где оставила телефон. Я невыносимо долго запускаю его, ругая себя за то, что не перевела его в режим полета, и все это время в дверь названивают, царапая мою нервную систему.

— Да, — быстро отзывается Бугров.

— Это ты там? — почти выкрикиваю я, и в этот момент снова звонят.

— Не открывай! — приказывает Бугров. — Даша! Слышишь меня?

— Слышу, — бурчу я и сжимаю раздражающе дрожащие пальцы в кулак. — Ломятся, как к себе домой, — ябедничаю я.

— Я приеду, как смогу. Не открывай, — повторяет он.

— Да поняла я, — ворчу я, сбрасывая вызов.

Звонки прекращаются, но душевное равновесие успевает покинуть меня. Я ловлю себя на том, что кусаю губы и шарю испуганным взглядом по предметам, каждый из которых теперь, по ощущениям, таит в себе угрозу. Особенно, ножницы. А потом вдруг раздается стук в окно, от которого я вскрикиваю. Бросаю затравленный взгляд к улице и вдруг вижу мужчину в форме.

— Вы совсем с ума посходили?! — ору я, не рассчитывая, что он меня услышит. Но сомнений в том, что видит, практически прилипнув лицом к стеклу, нет никаких. Мужчина подносит одну руку к груди, извиняясь, а второй прикладывает к стеклу удостоверение. Я фурией подлетаю к окну, открываю наверх и рявкаю: — Кто так делает?!

— Простите, Дарья Сергеевна, — виновато произносит мужчина, убирая корочку. — Иначе до вас не достучаться. Мы можем поговорить?

— Покажите ваше удостоверение, я не успела увидеть, — все еще нервно произношу я.

— Похвальная предосторожность, — серьезно произносит мужчина.

Я фотографирую удостоверение и звоню в следственный, по номеру, который при нем же ищу в интернете. Чудовищно долго жду ответа, но все же убеждаюсь, что Макаров Сергей Иванович в самом деле тот, кем представляется.

— Проходите, — вздыхаю я, частично вернув себе самообладание.

Закрываю проветривание и открываю окно полностью, приглашая следователя жестом.

— Через окно я еще не заходил, — посмеивается он, но все же ставит ногу на подоконник и спрыгивает внутрь.

— Простите, так разволновалась, что не подумала, — бормочу я и морщусь.

— Ничего, так быстрее, — улыбается он. — В моем случае время — это деньги налогоплательщиков.

— Прикройте, пожалуйста, — обняв себя за плечи, прошу я. — Холодно.

— Да, конечно, — с готовностью отвечает он и закрывает окно полностью, от чего, по-правде, становится не по себе. — Дарья Сергеевна, во-первых, простите, что напугал. Во-вторых, если можно, присядем. Разговор у меня к вам не из простых.

— В чем дело? — снова напрягаюсь я всем телом.

— Дело все в том же, но… я тут неофициально, Дарья Сергеевна. Наша беседа не пойдет в протокол, это сугубо между нами. Просто я решил, что вам нужно кое-что узнать. Можно? — найдя взглядом стул, спрашивает он.