Львиная доля клиентов до сих пор на поминках. О чем мне сообщает Майский, пробившись со звонком в череде моих собственных.

— Мы тут все немного… шокированы, — кашлянув, подбирает он деликатное слово. — Все все прекрасно понимают, заверяю тебя. Никакой спешки нет.

— Вы же бизнесмен, Артур Львович, — хитро говорю я. — Сейчас как раз тот самый момент, когда следует взять с уважаемых людей слово, что все договоренности в силе, пока сама не осталась в должниках.

— Ну почему же сразу! — возмущенно фыркает подвыпивший Майский.

— Да потому что, — вздыхаю я. — Они шли не ко мне. А залог возвращать мне нечем. Вы слышали когда-нибудь, чтобы папа ходил в должниках? — ненавязчиво уточняю я.

— Никогда такого не было, — с гордостью заявляет он. — Я с ним за одной партой сидел, я знаю, о чем говорю!

«Вот и я о том же», — бормочу я про себя.

— Репутация сама себя не заработает, Артур Львович, — пропеваю я, а он тихо смеется. — Мне нужны эти заказы.

— Твой отец всегда гордился тобой. Абсолютно заслуженно, лишний раз убеждаюсь, — как обычно, не скупится он на похвалу.

— Вы сделаете мне одолжение, если сообщите всем заинтересованным, что я не сошла с ума, а как раз пытаюсь этого избежать. Мне нужно занять руки.

— Конечно, — бархатным голосом отвечает он. — Я подойду завтра к девяти, решим вопрос с уборкой. Не слишком рано?

— Я уже убралась, — говорю я быстро и еще быстрее сбрасываю вызов.

Я заканчиваю обзванивать оставшихся клиентов и устраиваюсь в мастерской, когда мне вновь поступает звонок. Поколебавшись несколько секунд, я все же отвечаю.

— Ты обзвонила не всех, — послушав тишину, произносит Бугров.

— Ты же знаешь, что твой заказ готов, — на выдохе устало бормочу я.

— И я могу его забрать?

— Когда ты спрашивал разрешения? — кривлюсь я.

— Так могу или нет?

— Не сегодня.

— Я стою у двери.

Я раздраженно рычу и иду открывать.

— Ты можешь оставить меня в покое хоть на день? — негодую я, распахнув дверь.

— Я оставил на неделю, и ты успела отрастить яйца, — усмехается он. — Еще сутки, и ты ввалишься ко мне домой с пушкой и жестко отомстишь за все злодеяния. А Дизелю нельзя столько сырого мяса, он и так прилично набрал.

— Фу, — кривлюсь я, а он нагло оттесняет меня плечом и проходит внутрь. Я принюхиваюсь и морщусь. — Ты пил?

— Я с поминок, Даш.

— На которые тебя не звали, — отмечаю я.

— Если бы твой батя мог, позвал бы.

— Да неужто? — презрительно фыркаю я.

— Само собой, — надменно отвечает он, развалившись на диване. — Он прекрасно видел мой к тебе интерес и ни разу не осадил. Даже когда ты слиняла с примерки.

— Он просто не понял, что произошло, — кривлюсь я и веду плечами, вспомнив, каким омерзением меня тогда накрыло.

— Он-то понял, — задумчиво произносит Бугров. — Но мы оба интерпретировали по-своему.

— Остановись, — строго произношу я.

— Я противен тебе?

— Да, — резко отвечаю я. — Еще вопросы?

— Есть один. Где мои рубашки?

— В Караганде, — пыхчу я себе под нос, уходя в мастерскую. Когда выхожу, этот уже красуется перед зеркалом по пояс голым. — Какого… — ошалело бормочу я и закрываю глаза.

— А что, обычно тряпки за баснословные деньги забирают без примерки? — говорит он, явно приближаясь.

— Никто не просил тебя распушать свой павлиний хвост и платить втрое, — не открывая глаз, дерзко парирую я.

Выбрасываю руки с рубашками вперед и, не ожидая, что он стоит так близко, врезаюсь костяшками пальцев в его живот. А реагирую, будто обожглась. Глухо вскрикиваю, роняю вещи и прячу руки за спину.

— Ты обещал, — шепчу я, опустив голову. — Обещал, что не тронешь.

— Я и не трогаю, — с неохотой отзывается он. — А на поминки заявился, к слову, не чтобы побесить тебя, — говорит он уже явно дальше, чем был. — Отловил Панкратова. Борис в самом деле звонил ему, спрашивал про меня. И тот любезно подтвердил, что я значусь в числе приглашенных.

— Зачем? — хмурюсь я, приоткрыв глаза.

— Уверяет, что прикрыл мой зад. Еще и ментам соврал, даун.

— Ну, мэра на допрос не вызовут, — пожимаю я плечами. — К тому же, это будет его проблемой. Панкратова, в смысле.

— Это будет моей проблемой. Потому что такие слизняки, как он, когда их ловят на лжи, начинают выкручиваться еще большей ложью. И достаточно допросить организатора свадьбы, мэру об этом даже знать необязательно.

— Попроси о содействии бывшую, — ехидничаю я. — Мне-то это с какой целью рассказываешь? Я тебя прикрывать не собираюсь.