Мы устроились на ночлег в том же месте, что и в прошлый раз, а рано утром двинулись к городу Нил. Нам повезло с пароходом, и уже к обеду добрались до пещеры.

— Ну как прошло? — не скрывая предвкушения, спросил Баклан.

— Ну… так… — Жлобяра опять понуро опустил голову.

— Как так? — Баклан, очевидно, заподозрил что-то неладное, так как опять начал теребить свои усы.

— Всё нормально, — успокоил я его. — Адвокат доволен и дал новое задание.

— И какое? — приободрился Баклан.

— Я должен убить его, — промямлил Жлобяра и показал на меня.

— Ну и?

— Что, ну и? — обозлено произнес Жлобяра. — Такое себе заданьице. Уж лучше бы выполнить с десяток первых. Типа достать что-то из магмы.

— Пффф! — фыркнул Баклан. — Звучит так, словно это ты собственноручно и достал эту ловушку из магмового озера.

— Ты на что это намекаешь? — Жлобяра нахмурился.

— И метеоритную броню типа ты раздобыл, — не унимался Баклан.

— Ну и что? — глаза Жлобяры горели яростью.

— Ничего, — встрял я в разговор. — Успокойся, Жлобяра. Баклан лишь хочет сказать, что тебе не надо будет выполнять это задание.

— Как это? — Жлобяра, с одной стороны, немного успокоился, но, с другой, впал в осадок. — Адвокат недвусмысленно дал понять, что я должен…

— Да-да, — перебил я его. — Но как он узнает, кто именно выполнил эту грязную работёнку?

— Так… это… значит, это Баклан тебя порешает, да? — на лице Жлобяры отобразилось облегчение.

— Ты совсем разнервничался, похоже, — усмехнулся я.

— Ну конечно, — Жлобяра опять насупился. — Я ведь всё понимаю. Ты не умрешь, так как лежишь в отключенном гробу. Но я даже вообразить не могу, что буду стрелять в тебя или гранату кину.

— Гранатки свои прибереги, — ухмыляясь, предостерег Баклан.

— Ну да. У тебя и свои найдутся, верно?

— И правда, не в себе, — Баклан покрутил у виска.

— Не надо никаких гранат, — поучительным тоном произнес я. — Тебе не придется убивать меня. И Баклану тоже.

— Но тогда как?

— Я всё сделаю сам!

С минуту Жлобяра смотрел на меня, открыв рот. Затем закрыл его и ударил себя ладонью по лбу.

— Какой я болван! Ты ведь уже сотню раз это делал!

— Наконец-то! — Баклан не сдержался и захохотал.

На самом деле, эта, казалось бы, смешная сцена ощутимо тронула меня. Я осознал, с какой теплотой относится ко мне Жлобяра. Вспомнилось его откровение. А ведь я, признаться, понемногу опасался. Подозревал, что, получив свободу из Зоны, он может кинуть нас, оставит гнить на Зоне, а то и сдаст с потрохами Доброму Дядюшке.

Мы дождались темноты, ведь Адвокат недвусмысленно дал понять, если Жлобяра прикончит меня в полночь, то это упрочит доверие со стороны Доброго Дядюшки.

Баклан и Жлобяра отправились проводить меня и тоже пробрались по островкам магмового озера.

— Что-то нечисто тут, — пожаловался Жлобяра. — Чую, беда может случиться.

— Ерунда. Я вернусь минут через десять, — заверил я.

— Ну не знаю, — засомневался Баклан. — Уверен, Адвокат не просто так хотел, чтобы всё случилось в полночь. Он будет ждать тебя. Захочет перетереть о чём-нибудь.

— Ну тогда пятнадцать минут, — согласился я. — Не собираюсь балакать с ним дольше пяти.

— Лишь бы он не решил использовать ту ловушку, — обеспокоенным тоном произнес Жлобяра.

— Для этого у меня слишком много ХП, — усмехнулся я.

Я заулыбался, пытаясь скорчить на лице уверенность и невозмутимость. Но в действительности слова Жлобяры зацепили меня. Ведь, хотя Николай Валентинович не смог бы задействовать ловушку, кто знал, что еще они могли придумать?

Я сделал шаг и погрузился в озеро магмы. Метеоритной брони на мне не было, и в мгновение ока мои очки здоровья испарились, а я открыл глаза перед Разрушенным Мостом.

— Хороший мальчик, — шепнул я новому верблюку.

— И снова привет, Тони, — послышался знакомый голос.

Мне не хотелось общаться с Николаем Валентиновичем, и первой мыслью было включить телепорт на полный ход и умчаться прочь. Но я удержался.

По замыслу я был зверски убит предателем Жлобярой. Адвокат не должен сомневаться, что всё случилось именно так. А я обязан сделать всё, чтобы сыграть роль разозлённой жертвы, которую только что предал лучший друг.

— Простите, я не знаю, что сказать! — проговорил я сквозь зубы. Получилось весьма зловеще.