Ариан был прекрасным представителем высшей аристократии. Красив. Высок. Белые волосы подтверждали силу родовой крови. Одежда, украшенная вышивкой, по мне была слишком кричащей, а золотой обод, усыпанный яркими драгоценными камнями, только подчеркивал этот вызывающий образ.

Королева составляла с ним полную противоположность. Светлые одежды, минимум украшений и косметики. Волосы полу распущены и обрамляют довольно красивое лицо. Её обод из белого золота украшало несколько светло-зеленых камней, подчеркивая сияние её дара. Нежная улыбка украшала миловидное лицо, но печаль, затаившаяся в глубине ее глаз, портила этот достойный образ.

Я видела королевскую пару через воспоминания своей частички, что жила за спиной Леона. Но сейчас, распустив дар, видела в сотни раз больше. От меня не ускользнула игра короля. Где держались под контролем не только слова, движения и эмоции, но даже мысли и чувства. Это пугало. Королева же была похожа на разрушенную статую, где на застывшем лице сохранилась изначальная улыбка, а вот само тело, полное отравы и боли, разрушалось.

– Я рад, что слухи о вашей смерти были ошибочны, — улыбнулся король. Он скользил по мне изучающим взглядом, воспринимая меня своей соперницей. – Ваше присутствие заставило Леона вновь улыбаться.

Присев в поклоне, скользнула взглядом по мужу. Его спокойствие и расслабленность только отвлекали взгляд, скрывая напряжение, пронзившее позвоночник. Мой любимый словно ожидал нападения, и я его понимала. Срочный вызов, дорога без лишних свидетелей и на приеме только проверенные и доверенные люди. А еще неожиданная, настораживающая конфиденциальность. Стража, пропустив нас в зал, закрыла двери с той стороны и по магическим сполохам наложила купол тишины. Все это при строгом контроле чувств короля наводило на грустные мысли.

– Где вы пропадали все это время, госпожа Де Вайлет?

– В одном из монастырей Храма Света, Ваше Величество.

Верховный, зная о моих намерениях, сам предложил такую легенду. И во избежание подозрений, лично провел экскурсию по самому удаленному уголку владений храма.

– Надеюсь, вы не приняли постриг? Леон этого не перенесет, — засмеялся король, отслеживая нашу реакцию.

– Нет, Ваше Величество. Меня интересовала только учеба.

– Вот как. И вы достигли в этом не плохих результатов. Исцеление Рагнара Де Калиара – это только доказывает.

– Литэя не исцеляла..., - возразил было Лео, но лицо короля сорвалось маской гнева, и он оборвал своего генерала.

– Молчи! Не зли меня, Леон. Я знаю больше, чем ты думаешь! Так что не советую врать! – резкий всплеск раздражения прокатился по залу. Король вскочил и, подойдя ко мне ближе, чем следовало по протоколу королевской безопасности, спросил, сверля взглядом: – Вы исцелили Рагнара Де Калиара?

– Нет, — я спокойно отреагировала на вызов короля.

– Но он исцелился!

– Наследник Де Калиаров не был болен. Потому речь не идет об исцелении. Его тело истощало проклятье. Вот его я как раз и сняла.

– Как вы поняли, что это проклятье?!

– Ваше величество, — Леону не нравилось, что король говорит со мной на повышенных тонах. Но тот сделал резкое движение, заставляя мужа подавиться словами, и, сверля меня взглядом, раздраженно спросил:

– Как?!

Шагнув ближе к Леону, сделала вид, что напугана напором короля. Потому коснулась плеча мужа, словно ища в нем поддержки. Король поморщился от такой реакции, не подозревая, что моя магия при физическом контакте незаметно снимает спазмы с горла мужа. Только убедившись, что тот может спокойно дышать, посмотрела в глаза короля и спокойно пояснила:

– Последние годы я училась целительному искусству. Работа с проклятьями и их последствиями так же входило в обучение.

– Почему же храмовники не смогли определить это проклятье раньше?

– Возможно, они не работали с проклятьями. Ведь все искали болезнь.

– Так спокойно говорите об этом.

– Дети Ворона принесли на наши земли много скверны. Не каждый может распознать ее влияние.

– Но вы смогли. – Король вскинул голову, окинул меня оценивающим взглядом. От Леона пахнуло недовольством, но Его Величество проигнорировал его и резко приказал: – Осмотрите королеву! Я хочу узнать, что вы скажете о ее состоянии. Отказываться от такого было глупо. Мне и самой хотелось понять, чем травили Её Высочество.

– Могу я подойти ближе и коснуться руки Её Величества?

– Да, ступайте! Леон, ради всех мучеников, хватит ревновать!

– Его можно понять, — хмыкнул Седрик. – Госпожа Де Вайлет только вернулась, а вы уже отнимаете у него её внимание.

В дальнейшую словесную перепалку я не вслушивалась. Работая с потоками Благости, не стоит отвлекаться. Тем более я собиралась обследовать не только королеву, а всех четверых присутствующих в зале людей.

Мила Мирославская первая и, по-моему, единственная фаворитка королевы, словно коршун следила за мной. Красивая. Гордая. Уверенная в себе и своей королеве. Она искренне любила мужа, была опорой для королевы, считая ту своей подругой. Но, несмотря на внешний лоск и уверенность, внутри нее сидела боль и печаль, глубоко скрываемая ею от мужа и Олесии. Её отношение к королю оказалось смесью злости, разочарования и терпения. Последнее удивило.