– Папа? – малышка привстала, протянула ко мне ручки, а я испугался еще больше. Вдруг она коснется меня и совсем исчезнет. Я больше не мог смотреть на нее. Не мог выносить этот светлый искрений взгляд, понимая, что именно я отправил ее сюда.

Желая обезопасить ее, начал пятиться, пока стена не остановила моё движение, и, спрятав свое лицо в руках, я разразился рыданиями.

Я оплакивал своих детей, что отправил в это место. Здесь и сейчас вся боль, что испытывали нерожденные души, обрушилась на меня. Я кричал, стонал и понимал, что не будет мне шанса искупить эти страдания, не будет возможности спасти их, и вернуть всё обратно. Я слышал их крики, видел их агонию на магических алтарях. Никогда в жизни я не мечтал умереть, как в этот момент…

Время стёрлось, боль оглушила и иссушила мое тело, превращая в пустую измученную оболочку. Нежное прикосновение к волосам заставило вздрогнуть и поднять голову. Опустившись на колено, мужчина продолжал гладить меня, а за его спиной застыла испуганная Звездочка, которую обнимал её… брат?

– Мой сын? – хрипло спросил я, и мальчик кивнул.

– Семеро… Вас было семеро…

– Я смог спасти только двоих, — тихо проговорил мужчина, — но боюсь, если они останутся здесь, то их существование продлится недолго.

– Почему, как? – я бы хотел ухватить мужчину за руку, вымолить ответы, но мои руки проходили сквозь призрачное тело. – Я больше не буду, я не прикоснусь к ним, я не буду звать, только, пожалуйста, сохраните их.

– Это не возможно, пока они здесь, — покачал головой мужчина. – Новая армия Тьмы собрала все свои силы, и когда она двинется в путь, то заберет с собой все свои силы. Достанется и этому месту, и я не смогу удержать здесь никого.

– Но почему? Вы же их спасли, защитили! Почему больше не сможете?

– Эта темница удерживает мою душу, мои родные могли найти здесь убежище по одной простой причине, про это место забыли. Но, когда армия двинется в путь, то барьер истончится, и темные почувствуют наш свет.

Осторожно придерживаясь стены, я медленно поднялся. Всматриваясь в красивые черты, я вспоминал историю падения Тьмы и спросил:

– Как вас зовут?

– Ланто Алирант.

– Невероятно. Вы тот, кто убил саму Тьму.

– Да, и до сих пор не жалею об этом.

Леон Де Калиар

Я не хотел сюда возвращаться. Столица разрасталась. Становилась более шумной, разноцветной, и люди шарахались при моем появлении как от прокаженного. Ной всегда советовал скрывать Сердце Тьмы, но я настолько привык ощущать оружие за спиной, что чувствовал себя голым, когда его мерцающая аура пропадала. И хотя я точно знал, что меч появится в одно мгновение, следуя моему призыву, прятать его не хотел. Не видел смысла скрывать свою силу и то, чем я занимаюсь.

Люди по-разному реагировали на мое появление на улицах столицы. Кто-то в ужасе убегал, кто-то замирал, боясь привлекать к себе внимание. Лишь единицы склоняли головы в дань уважения. Последние всегда отличались от местных горожан кроем одежды, выдававшей в них приезжих, и это подсказывало, что о моей работе они знают не понаслышке. В столице было тихо: ни демонов, ни всплесков, ни подкинутой скверны, но стоило покинуть земли королевской столицы, как призывы о помощи становились бесконечной рекой, и приходилось решать, куда отправить своих людей и храмовников, а где я справлюсь только сам.

Верным помощником в принятии таких решений стали Литэя и Ной. Ной развивал свой дар предсказания и мог отследить ближайшие последствия, а вот Литэя всегда точно называла тех, кто справится, и её брату оставалось только кивать на её решения, озвученные мной. Желая стать сильнее, я всегда требовал подробные отчеты. Анализируя происходящее в точках вызова, оценивал выбранных женой людей и пытался разобраться почему. Если я не понимал, жена терпеливо объясняла мне, и я научился обращать внимание на мелочи, доверять светлой магии служителей храма Света и быстро ориентироваться самому, куда и кого отправлять.

Став сильнее, способнее, опытнее, я все же не переставал нуждаться в своей жене – невидимом призраке, замершем за моим плечом. Как представителю власти меня просили разобраться в спорах. Редко когда бедняки делили что-то между собой, намного чаще приходилось вставать на защиту простых людей, что угнетала аристократия. И тут Литэя оказывала неоценимую помощь. Сдерживала меня, когда хотелось свернуть зарвавшимся баронам шею. Подсказывала, как можно мирно решить конфликт и обезопасить людей от его повторения. Порой, советовала по душам поговорить с людьми, и те меняли свое отношение к ситуации и совместно решали проблему. Вот только разумных было мало, и мое вмешательство приводило к появлению огромного количества жалобщиков, что строчили королю свои претензии с требованием усмирить черного генерала.