– Все, — нахмурился Грегор и пояснил, — Де Калиары, принимая присягу, ставят метки на смерть. Любой, кто произносит клятву верности, признает за нами право убить его, если это потребуется.

– Смерть – это просто, — покачала головой Литэя. – Но если вы потребуете терпеть боль, они справятся? Последуют вашему приказу? Не начнут убегать, прятаться? – сын задумался, а я растерянно посмотрел на Зару. Алиранты никогда не были любителями страданий. Тогда к чему эти вопросы. Зара поняла мои тревоги и, осознав замысел Литэи, пояснила.

– Есть возможность снять проклятье и поймать Паука. Для этого надо заблокировать разом все нити и, отследив их связи, найти Паука. Вот только блокировка нитей довольно болезненна. Люди испытывают такой же приступ, как и жертва проклятья. Пытаются сбежать, уйти от очищения. Потому вопрос в том, смогут ли носители добровольно пережить этот процесс. Хватит ли вашей власти приказать им выдержать этот процесс, не объясняя происходящего?

– А не проще объяснить сначала? – спросил Грегор.

– Паук следит за своими нитями, – ответила Литэя. Тихо вздохнув, она наконец-то перехватила чашку и отпила уже заметно остывший напиток. Ее голос окреп, как и решительность, что появилась в глазах. Неужели она нашла тот единственный шанс на спасение Рагнара?

– Действовать надо быстро. Без предупреждений, объяснений и уговоров. Я призываю носителей, вы приказываете им замереть и терпеть. Справитесь?

Зара от этих слов подскочила на месте.

– Быстро? Литэя, ты еще не готова, твоя рана.

– Я сокрыла Нолана. Прикрыла его маревом пространства. Паук считает, что мальчика увезли очень и очень далеко. Пока нить на ребенке, Паук нервничать не будет. Но силы Рагнара на исходе. Новое переплетение нитей и их активацию он не перенесет. Его магия иссякнет, и помочь уже будет невозможно.

– Но сын вполне нормально себя чувствовал, — возразил Грегор. Я понимал, он осознает правдивость слов, но поверить, что твой сын может умереть буквально через несколько минут… Это было сложно, противоречиво, недопустимо и…

– Нолан подвергся воздействию снотворца, – объяснила Литэя. – Он, думая, что помогает отцу, добровольно принял нить и связал себя ею с Рагнаром. Отец пытается перетянуть боль на себя, Нолан, думая, что помогает отцу, тянет боль к себе, а в результате, переживания и боль усугубили ту ситуацию, что была. Нолан молод. Его тело восстанавливается быстро, а вот Рагнар нет. Он и так был истощен проклятьем, теперь к ним присоединились переживания за сына.

– Вы сможете ему помочь? – Грегор не отрывал взгляда от Литэи, и девушка кивнула.

– Я могу ему помочь, но мне будет нужна помощь.

– Я помогу всем, чем смогу.

– Вам надо будет приказать терпеть боль своим людям и среди них будет Нолан. Сможете?

– Как долго это будет продолжаться? – начал я переживать, понимая, что страдания Нолана для всех будет тяжелым испытанием.

– До тех пор, пока не поймаем Паука. Как быстро получится его отследить, я не знаю.

– Я готов! Я потерплю! Только помогите отцу! – Нолан стоял в дверях кухни, рядом с ним замер Алан. РамХан даже не делал попыток скрывать, что сам позволил детям спуститься и подслушать разговоры взрослых.

– Если бы я сам мог взять на себя все эти тяготы, — пробормотал тихо сын, но, посмотрев на Литэю, кивнул. – Я отдам приказ. Я буду рядом и поддержу людей, чтобы они продержались. Но Паук, кто будет его ловить?

– Позвольте этим заняться нам, — ЛиХан переглянулся с РамХаном и довольно кивнул.

– Согласна, — кивнула Литэя.
– У вас хватит сил справиться, но учтите, это не простой маг. Держать девять нитей и влиять на сны ребенка не каждый может.

– Мы справимся, — остановил Литэю РамХан. – Главное – выведите нас на него, госпожа.

– Хорошо.

– Как ты собираешься его ловить? – нахмурилась Зара, не скрывая своего беспокойства. А я, вспомнив о ранении Литэи, обернулся к девушке.

– Использую рунные кольца. Не переживай, на них у меня хватит сил.

Прошло времени около часа, и Литэя, как маленьким детям, разжевала нам весь процесс спасения Рагнара. Ключевым моментом всего происходящего была внезапность. Это действительно было хорошей проверкой сына и его слова как герцога. Я не сомневался в Грегоре. Уж что-что, а приказывать он умел. Я переживал за Нолана. Как девятилетний мальчик сможет пережить приступ сильнейшей боли? Алан подошел к брату и перехватил его руку. Мальчики улыбнулись друг другу, и тревога отступила. Алан из Алирантов. Он сквержабу пожалел, что уж о брате говорить. Его силы еще не раскрылись, но Нолан уже чувствовал поддержку родни. А значит, все пройдет хорошо.