Джакан, пожилой лорд с усталым лицом, откашлялся.

— Я убеждён, что большинство новых идей потерпят неудачу, — ровным голосом произнёс он.

Я вежливо склонил голову.

— Я, безусловно, не откидываю проверенные веками методы, милорд, но там, где увижу возможность для улучшения, не грех опробовать и новую идею. А если не сработает, повторим ещё раз. Да, те, кто рискуют, часто тратят время впустую, но именно они, когда находят рабочую идею, становятся исследователями, несущими процветание. Я предпочту этот путь существующей системе, которой, кстати, многие недовольны.

А про себя добавил, что у меня есть два козыря в рукаве, о которых они не знают: мои знания с Земли о более эффективных методах работы и огромное стадо бизонов в качестве страховки на случай, если мои эксперименты не дадут немедленного результата.

Лорд Джакан, поджал губы, обдумывая мои слова, и в конце концов кивнул. Хорвальд тут же быстро сменил тему, пообещав выделить мне помощь, как я и просил.

Как это часто бывает на подобных собраниях, большая часть времени ушла впустую на политические игрища и борьбу лордов за преимущество, тем не менее я учился у них разным дипломатическим трюкам, а также, когда дело доходило до голосований, мог поддержать позицию Мароны. В одном случае мой голос даже оказался решающим, что принесло мне благодарный взгляд с её стороны.

После встречи Хорвальд отвёл меня и моих жён в сторону.

— У меня мана на нуле, — сказал он с короткой усталой улыбкой.

Глаз истины показал мне это ещё в середине собрания, но я, разумеется, и вида не подал.

— Понимаю, ваша светлость.

Старый Проходчик продолжил:

— Спрос на порталы сейчас такой, что я перешёл на твой метод: четыре часа сна, потом порталы, потом ещё четыре, так что я смогу открыть один, а то и два портала для твоих людей. Собирайтесь в три часа ночи на обычном портальном дворе.

Три часа ночи! Весьма ранний подъём, но ради такого подарка мы готовы были и вовсе не ложиться.

— Спасибо, ваша светлость, это огромная помощь.

— Сделай так, чтобы я об этом не пожалел, — Хорвальд по-отечески хлопнул меня по плечу. — Заставь Кордери процветать. Твой успех станет благом для всего Бастиона, — он улыбнулся шире, — особенно если продолжишь принимать беженцев, снимая нагрузку с Тверда.

Он помолчал, огляделся по сторонам и понизил голос до заговорщицкого шёпота.

— Мои клерки нашли около пятидесяти семей и сотни одиноких рабочих, желающих принять твоё предложение. Я одобрил выдачу им недельного пайка — всё равно эта еда понадобилась бы им, останься они здесь.

Я быстро прикинул в уме, ещё двести, а то и все триста новых ртов. Но недельный паёк — это немалая фора, чтобы наладить снабжение, и не стал возражать.

— Благодарю вас, ваша светлость. Передайте беженцам, что мы обеспечим их всем необходимым, пока они трудятся на общее благо. Надеюсь, в моей провинции каждый сможет стать самодостаточным, но у нас есть одно правило: кто не работает, тот не ест, а тех, кто надумает создать нам проблемы, мы вышлем.

Герцог понимающе хмыкнул.

— Справедливо. Один из моих главных страхов — что все эти люди, сорванные с насиженных мест, предпочтут и дальше сидеть на шее у Бастиона и не возвращаться к своим ремёслам.

— Я разделяю ваши опасения, — кивнула Марона. — И думаю придерживаться такой же политики: поддерживать, пока люди не встанут на ноги, но если они не захотят работать, просто откажусь их содержать. Кормить дармоедов — значит поощрять такое же поведение в других.

И это была правда. Система Валинора с её быстрым ростом урожая и дичи оказалась на удивление справедливой: тот, кто хотел работать, всегда мог себя прокормить. Если кто-то не мог трудиться по уважительной причине — это одно, и долг общества ему помочь, но здоровым лентяям нет оправданий. В конце концов, я и сам пришёл сюда, имея за душой одну лишь тунику. Конечно, мне дали серьёзные преимущества, и я это прекрасно понимал, но уверен, что и без них бы не пропал просто потому, что привык трудиться, думать наперёд и планировать.

Герцог удалился по своим делам, а мы — мои жёны, Марона и Лиан, двинулись через полутёмные коридоры дворца обратно в парк.

По пути, в одном из боковых коридоров, я заметил знакомую фигуру и рыжую косу.

— Ярлин! — искренне обрадовавшись, окликнул её. — Как ты… — и осёкся на полуслове.

Плечи девушки тут же напряглись, она даже не повернула головы, просто ускорив шаг и скрывшись за поворотом, словно не услышала меня.

Блин! Кажется, если с Торгардом мне и удалось кое-как сохранить видимость партнёрства, то с гномьей воительницей этот номер не пройдёт, мост сожжён дотла. Мне стало искренне жаль, но я, чёрт возьми, не знал, что ещё мог сделать тогда, чтобы отпугнуть гномов.

Ирен и Лили с сочувствием взяли меня под руки. Марона, которая не знала Ярлин, но догадывалась о сути произошедшего, лишь мрачно покачала головой.

— Полагаю, гномы теперь нас ненавидят, да? — проговорил Лиан, хмуро глядя вслед исчезнувшей гномке. — Они первые ударили, а теперь злятся, что мы дали им сдачи.

Я лишь качнул головой. Спорить и объяснять сейчас не хотелось, нужно двигаться дальше.

— Ты сегодня получил новый уровень, — решил я сменить тему.

Это сработало, лицо моего оруженосца тут же просияло.