К нему подошла супруга и положила руки на плечо.

— Что пишет наш малыш?

— Наш малыш выкрал сокровищницу Архонта из Овьедо, трёх его жён и — вишенка на торте — его самого, — с улыбкой покачал Миравид головой. — Веселится наш мальчик, как только может.

— Ты подал ему слишком много плохих примеров! — сурово отчитала его супруга.

— Брось. Он взрослый парень и сам может решить, как ему быть. Вот и сейчас они собрались идти к драконидам по морю, а не через горы.

— Значит, нам нужно найти достойного капитана, — кивнула его любовь.

— Найдём. Отряд сопровождения тоже готов. Что меня смущает, так это то, что проход через горы Гарпий и впрямь стал слишком опасным… — задумчиво произнёс Миравид. — Я всё думал над альтернативным путём, а оно вот как вышло…

Архонт вспомнил последние отчёты разведки. Согласно им, гарпии активизировались. Их королева начала вести себя агрессивно, вышла со своих территорий и теперь терроризирует уже давно отнятые у неё же утёсы. Переход через горы превратился в ад. Битвы гремели каждый день. Безумные гарпии нападали на всё живое.

— Лучше обойти эту крылатую бурю, — пробормотал он.

— Не хочешь оставить его в Домене? Нашему сыну и здесь будет чем заняться. Найдёт и тут себе приключений. Поход к драконидам слишком опасен…

Миравид покачал головой:

— Это, безусловно, крайне опасно. Но он стал мужчиной. Сам может оценить риски. Он больше не мальчик. Птенец не научится летать, если не вытолкнуть его из гнезда.

Его супруга тяжело вздохнула, зная, что муж прав:

— Надеюсь… у них всё будет в порядке.

Север. Земли орков

Мощная крепость на утёсах содрогалась от ударов. Огромные камнемётные машины долбили стены раз за разом. Камни весом в тонну пробивали бреши, рушили башни. Магия взрывалась на стенах, сжигая защитников.

Дир Завоеватель стоял на вершине холма, наблюдая за штурмом. Его стотысячная орда шла на приступ волна за волной. Лестницы прислонялись к стенам, орки карабкались вверх, падали, погибали, но следующие лезли дальше.

Внутри крепости часть гарнизона переметнулась. Ворота открылись изнутри. Предатели впустили штурмующих.

Дир ухмыльнулся. Исход битвы был предрешён. Очередная кость в горле была уничтожена. Бескрайние степи вокруг крепости отныне были под его кулаком.

— Лига сдержала обещание, — тихо произнёс орк. — Придётся и мне сдержать его, отдать часть пленников и трофеев.

Он повернулся. К нему подводили человека. Архонт Ковалёв, его личный философ, говорящий о войне удивительные вещи. Не такие, к каким привыкли орки.

Дир посмотрел на него:

— Как всё прошло?

Ковалёв вздохнул:

— Люди взяли время. Нам предстоит ещё не одна встреча.

Дир нахмурился. Он отвернулся от штурма и посмотрел на Ковалёва в упор.

— Время? Я дал тебе задание — договориться с ними. Убедить. А ты говоришь, они взяли время?

Ковалёв выслушал критику спокойно и слабо улыбнулся.

— Люди слабы из-за своей раздробленности, — произнёс он наконец. — Они даже не имеют единого правителя, что принял бы решение за всех. Я доставил послание самому влиятельному. Но он один не может принять решение. Они отсталые. Им нужно время, чтобы собраться, обсудить, договориться, назначить посланника для переговоров. — Он сделал паузу. — В любом случае люди никуда не денутся. Сделают очевидный и единственно верный выбор, после чего вступят в войну и отвлекут врага на южных рубежах.

Дир хмыкнул и повернулся обратно к штурму. Крепость продолжала сражаться. Но уже без огонька…

Протрубил рог отступления. Вскоре защитники запрутся в цитадели, и войску Дира придётся выковыривать их оттуда.

— Посмотри хорошенько, как уничтожается крепость, Ковалёв… — произнёс Дир, указывая на бойню. — Пока люди соберутся, я сам уже уничтожу любое сопротивление!

Ковалёв склонил голову, выражая почтение.

— Безусловно. Мудрый и смелый царь — то, чего заслуживают орки. И те, кто сидит в осаждённых гарнизонах, с каждым днём всё больше уверяются в истинности предназначения Дира Завоевателя. Но и люди ещё обязательно внесут свой вклад. Вот увидишь.

Дир ухмыльнулся шире:

— Как минимум один человек точно внёс свой вклад.

Он посмотрел на Ковалёва и похвалил, что делал крайне редко:

— Твоя идея с дамбой на реке и рытьём нового русла оправдала себя. Разведка говорит, что почти весь гарнизон обезвожен и ослаблен. Это будет лёгкая победа, пусть этот план и не понравился моим генералам. Говорят, в нём нет чести…

Ковалёв пожал плечами, не меняясь в лице.

— А что говорят ваши генералы о чести сидеть в осаде за стенами вместо того, чтобы сразиться в открытом поле? Раз они не идут к нам на честную битву, зачем нам заботиться об их комфорте? Отрезали от воды, чтобы они наконец-то выбрались и сразились как положено. Но они и дальше сидят, умирая от жажды. Это их выбор. И в нём чести намного меньше, чем в нашей маленькой военной хитрости, что гарантировала великую победу.