Просила она не много не мало попробовать изготовить четыре вида изделий. Рунный фонарь максимальной живучести, три штуки. Руны барьеров в количестве десяти штук. Полсотни заточенных на прочность и остроту наконечников для стрел. И нагревательных камней, сколько душа пожелает.

С фонарями было проще всего, бронза у меня была, а сказать, что фонари из башен были лучшими по качеству и долготе жизни, это ничего не сказать. Я их буквально за пару часов сваляю, не заряжая. Всё остальное требовало моего посещения магазинов, так как ни жилки, ни гранита у меня не было. Наконечники я смогу и сам приобрести, тут дело проще, но приходить к рунным мастерам за камнями я посчитал неправильным. Сама же сказала, теневой бизнес. Так ей и написал. Что мне нужен материал, и всё будет готово.

Мальчишка забрал свиток с ответом и убежал, а я пока сел за верстак и начал прикидывать, что из имеющегося могу сделать прямо сейчас, не дожидаясь поставки. Бронзы после кирасы оставалось килограммов шесть, может семь, я не считал точно, этого хватало на фонари с запасом, да даже тех полос, что есть у меня, хватит на десяток.

Фонари я делал по памяти, опираясь на схему, которую вытащил ещё из башенных светильников Вейсхейвена, когда мы разбирали их для ремонта. Там была простая, но элегантная связка, позволяющая конструкции быть максимально эффективной. Гильдейские мастера Шэньлуна делали линейные контуры, где этер терял процентов сорок мощности на каждом символе, без обвязок. Как делать правильно, я усвоил ещё когда изучал руны первого уровня. Замкнутый контур решал эту проблему, потому что этер двигался по кругу, и то, что не конвертировалось в свет с первого прохода, конвертировалось со второго, третьего, десятого, пока пластина не отдавала максимум возможного.

Разница в эффективности была примерно двукратной, что на практике означало одно, мой фонарь при той же яркости проживёт в два раза дольше гильдейского, или при том же сроке будет светить вдвое ярче. Я выбрал первый вариант, потому что покупателям нужна надёжность, а не слепящий прожектор в спальне.

Три часа, и все три фонаря лежали на верстаке, ещё не заряженные, но готовые к работе. Заполнять я их не стал, потому что этер после Этажей восстановился не полностью, а мне предстояла ещё куча работы, и тратить резерв на зарядку бытовых приборов было бы глупостью. Покупатель сам зарядит, практику там нечего делать, нужно просто влить каплю этера во впускную руну и контур запустится.

Я отложил фонари в сторону, накрыл тряпкой, и тут в дверь постучали.

Посыльный был другой, постарше первого, лет четырнадцати, с крепкими руками грузчика и тележкой, на которой стояли два ящика. Он молча протянул мне записку, я расписался, и он ушёл, оставив тележку у порога. Записка была от Аньсян, короткая, в её стиле.

Материал внутри. Жилка отборная, десять штук, средний размер. Гранит речной, восемь штук, уже обработан. Наконечники железные, пятьдесят штук, стандарт охотничий. Счёт потом.

Я открыл первый ящик и обнаружил жильные камни, каждый завёрнутый в тряпицу, и они были действительно отборные. Это чувствовалась сразу, стоило взять первый камень в руку. Хороший жильный камень отличается от плохого так же, как свежий хлеб от сухаря, пришло в голову красивое сравнение. В нём есть плотность и естественная однородность после обработки, сделанной весьма искусным специалистом. Размером каждый был с три пальца, серовато-белый, с едва заметными прожилками, давшими камню название.

Во втором ящике лежали гранитные камни, гладкие, округлые, в пять раз больше жилок, и наконечники для стрел, ссыпанные россыпью на дно. Железные, трёхгранные, стандартной формы, какие используют охотники. Видимо руны были нужны для работы по духовным зверям, иначе сложно сказать зачем и так почти идеальным на вид, острым предметам, сделанным к тому же из железа очень хорошего качества, понадобились такие дополнительные усиления. Вот тут-то руны и должны были помочь.

Я начал с барьеров, потому что они были простыми, всего одна руна, но постарался и добавил в связку стабилизаторы, тем самым усиливая барьер. Пусть это еще не полноценный щит, но выброшенный перед собой, он остановит нападающего. кем бы он ни был. Барьер держится секунд десять-пятнадцать, потом этер рассеивается и камень становится бесполезным. Одноразовая штука, но в бою, когда на тебя мчится здоровенная тварь — даже эти пара секунд стоят дороже золота.

На этот раз свою кровь я использовать не стал. Кровные руны только для себя, я и так слишком наследил с ними. Обошелся стандартной краской, работая стилом, и аккуратно вырисовывая элемент за элементом. Опыт не пропьешь, и я сделал все два десятка практически идеальными, остаётся только запитать. И опять я это делать не стал. Мне за это не доплачивают.

Стрелы из-за их количества и того, что над решением надо подумать, я отложил на потом, занявшись нагревателями. Тут всё повторилось как с Барьерами. С небольшими особенностями.

С гранитом работать было приятнее, чем с жилкой и более приятнее, чем с железом. Гранит, плотный, мелкозернистый, с ровной структурой, по сути, он был идеальным носителем для тепловых рун. Тот нагревательный камень, который я переделал у Аньсян, был старым гильдейским изделием с линейным контуром, жрущим этер, как лошадь овёс, и я просто заменил его на замкнутую схему, снизив потребление втрое.

Для новых камней я использовал ту же идею, но доработанную, с учётом того, что гранит проводит этер не так, как жилка или другие камни, с которыми я работал, он медленнее откликается, но зато стабильнее, и если подобрать правильный ритм нанесения, руна буквально врастает в каменную структуру, становясь её частью. Даже нарисованная она просто не сотрется, становясь самим гранитом. Ночью, три из четырех позиций были сделаны и высыпал перед собой на стол наконечники и принялся их изучать внимательно.