Совсем как в «Smalltown Boy». Только это – не третий такт.

Нет.

Нет-нет-нет.

Август (в августе мы ездили в Выборг, было здорово)

Аргентина (без комментариев)

Армани ( сворованный пиджак, о-оо!)

Нет.

Нет-нет-нет.

Это всего лишь мое имя. Анна, Анюта, Анечко-деточко. Анна, а вовсе не Детёныш. Изабо просто отстранилась от меня, разжала руки и даже не дала себе труд посмотреть, как я лечу вниз, кувыркаясь.

Назло тебе не разобьюсь.

А китёнок и вправду красивый. Трогательный. Еще секунду назад я готова была избавиться от него, но теперь…

В конце концов, это подарок.

Непослушными пальцами я приоткрываю колечко замка и завожу цепочку за шею. Всё, дело сделано. Интересно, как быстро медальон обнаружит Ма? Ведь снимать китёнка я не собираюсь.

Ма заметила его дня на два раньше, чем сказала мне об этом. Видимо, два дня ушли на проработку тактики: как бы половчее выведать у Анечко-деточко, откуда у нее такой попсовый медальон. Но так, чтобы это не выглядело допросом с пристрастием.

– Какая интересная штучка, – нейтральным голосом сказала Ма за завтраком, разглядывая мою шею.

– Ты о чем? – получилось в тон и так же нейтрально.

– Я о твоем новом украшении.

– А-а… Вот, купила. В ларьке, где газеты продаются.

– И за сколько же ты его купила?

– Не помню. Кажется, за полтинник.

– За полтинник?

– Ну, или дороже. Рублей на десять. Там была распродажа бижутерии. Симпотная вещичка, да?

Ма подозрительно прищурилась.

– Значит, бижутерии?

– А ты что подумала?

– Как-то на бижутерию это мало похоже.

– А на что похоже?

– Это ведь золото, детка. – В голосе Ма послышались трагические нотки. – Твоя мать не настолько глупа, чтобы не разбираться в этом.

– Ма… Ну сама подумай, откуда золото в обычном уличном ларьке?

– Вот и я удивляюсь. И другое удивляет не меньше: откуда у моей дочери деньги на золотые украшения?

– Версия с бижу не прокатила? – Я сочувственно посмотрела на Ма.

– Придумай что-нибудь другое. Поправдоподобнее.

– Кредит отпадает?

– А сама как считаешь?

Ма рассмеялась особенным смехом, известным в узких семейных кругах как «доверительно-дружеский».

– Нашла на улице?

– Уже лучше. И могло бы прокатить. Если бы ты с самого начала так и сказала, а не придумывала бы дурацкую историю про ларёк. Ты же знаешь, детка…

– …маленькая ложь рождает большое недоверие, – закончила вместо нее я.

– Итак.

– Далась тебе эта штуковина.

– Итак, – снова повторила Ма.

– Ну, хорошо. Это подарок.

Ма молчала так долго, что я успела доесть хлопья и налить себе чаю.

– Я должна о чем-то беспокоиться? – наконец спросила она.

– Нет.

– Кстати. Ты так и не познакомила меня со своим мальчиком.

Давай, Анечко-деточко!..

– Мы больше не встречаемся.

– Вот как?

– Он меня бросил. Это был его прощальный подарок.

– Хочешь об этом поговорить, детка?

– Я в порядке, Ма.

– Не думаю, что тебе следовало принимать…