— Молодой человек, вы, видимо, не поняли. Я — VIP-клиент этого клуба. Я требую, чтобы тренер Королёва занималась со мной и моим сыном. Немедленно.

В зале воцарилась напряжённая тишина. Несколько посетителей украдкой оборачивались, притворяясь, что продолжают свои тренировки, но каждый ловил каждое слово. Амир, всё это время наблюдавший за происходящим, сочувственно посмотрел на Ульяну — ей, казалось, хотелось провалиться сквозь землю. Девушка стояла сдержанно, но красные пятна на шее выдавали её смущение и стыд. Старший тренер шагнул вперёд, улыбнулся профессионально, мягко и спокойно представился:

— Амир Рахманов, главный тренер клуба. Для вас, как для VIP-клиентов, я могу лично провести тренировку. Подберём программу для Романа, уделим внимание деталям, обсудим питание. Уверяю вас, результат превзойдёт ожидания.

Но Есения даже не взглянула на него. Она махнула рукой, будто отгоняя назойливую муху:

— Нет! Мне нужна именно Королёва. Я сказала.

Демид даже не дрогнул. Он стоял, чуть наклонив голову, и в его взгляде было спокойное упрямство.

— Боюсь, сегодня это невозможно, — сказал он ровно. — У Королёвой уже занятие. Со мной.

Его тон был лишён агрессии, но звучал так уверенно, что спорить с ним было всё равно что пытаться спорить с каменной стеной.

Ульяна чувствовала, как внутри всё переворачивается. Сердце стучало так громко, что казалось, его слышат все. С одной стороны, хотелось исчезнуть, раствориться в воздухе, чтобы не видеть ни матери, ни брата, ни чужих взглядов. С другой — впервые за долгое время рядом с ней стоял кто-то, кто не уступал, кто защищал её так, как она сама уже давно разучилась защищать себя.

Есения, побагровев от злости, распахнула рот, собираясь возразить, но её голос перекрыл ровный, твёрдый голос Демида:

— И вам, и вашему сыну подойдёт любой другой тренер. Но Королёва сейчас занята.

Ульяна стояла, не двигаясь, чувствуя, что в этот момент её мир будто рушится и заново выстраивается — потому что Демид впервые встал между ней и её матерью.

Амир, выдержав паузу, сделал шаг к Ульяне и тихо, но твёрдо сказал:

— Королёва, займитесь нашим постоянным клиентом. — Он кивнул в сторону Демида, и в его голосе чувствовалось подчеркнутое уважение.

Ульяна глубоко вдохнула, собираясь с силами. Она знала, что отказывать в такой ситуации нельзя, и коротко, отрывисто ответила:

— Слушаюсь.

Развернувшись к Демиду, она сделала официальный жест рукой, словно приглашая:

— Пройдёмте в зал свободных весов.

Демид чуть заметно усмехнулся уголком губ, глядя на неё с тем самым спокойным вызовом, от которого у неё всегда сжималось сердце. Он не сказал ни слова, просто двинулся за ней, позволяя вести себя, но в его походке сквозило упрямое чувство власти, будто он позволял ситуации течь именно так, как хотел сам.

Коридор был длинным, со светлыми стенами и зеркалами, в которых отражались их фигуры. Ульяна шла уверенной, быстрой походкой, стараясь держать подбородок выше, будто тем самым показывая, что всё происходящее её не трогает. Но внутри сердце колотилось — слишком громко, слишком нервно.

Демид следовал за ней шаг в шаг, и напряжение между ними росло. Они поравнялись с дверями персональных раздевалок. На одной из табличек аккуратным шрифтом значилось: «Королёва У. С.» — её имя, её пространство, её маленький уголок в этом клубе.

И вдруг — движение. Демид, будто заранее все рассчитав, выхватил из кармана специальный ключ-карту, легко и быстро приложил его к считывателю, и дверь щёлкнула, открываясь.

Прежде чем Ульяна успела понять, что происходит, он схватил её за талию — движение было резким, но удивительно точным — и втянул внутрь, плотно закрыв за собой дверь.

Она пискнула, возмущённо и растерянно, и в следующее мгновение оказалась прижатой спиной к холодной поверхности двери. Его ладонь крепко держала её за талию, не позволяя вырваться, а сам Демид навис над ней, заглядывая сверху вниз долгим, пронзительным взглядом.

Тишина в раздевалке показалась оглушительной. Сердце Ульяны билось так, что казалось, оно вот-вот сорвётся с места. Его близость обжигала, дыхание касалось её кожи, и взгляд был таким, что хотелось либо провалиться сквозь землю, либо… закрыть глаза и сдаться.

Она вскинула голову, готовая возмутиться, но слова застряли в горле, потому что Демид смотрел на неё так, будто видел насквозь, до самого сердца.

Демид стоял так близко, что казалось — весь воздух в раздевалке принадлежал только им двоим. Его ладонь на талии Ульяны ощущалась тяжёлой и уверенной, а грудь вздымалась в неровном ритме.