Шрифт:
Рюи Блаз
Откуда? Я скажу: Я вас люблю. Да, да. И я за вас дрожу. Я вижу, что они не знают состраданья: На вас обрушатся их гнусные деянья; А чтобы вас спасти, я мир спасти готов. О, выразить мою любовь не хватит слов, И думаю о вас я, как слепой о свете! О государыня, простите речи эти. Любить вас издали, из мрака, — мой удел, И я вас пальцем бы коснуться не посмел. Вы ангел, я смотрю на вас в благоговенье, Но если б знали вы души моей мученья! Полгода я молчал, и, чувства затая, Я встречи избегал, но как терзался я! Ах, что мне целый мир? Мне до него нет дела! Мой бог, я вас люблю, люблю вас до предела. Что делать? Как я смел? Скажите мне: «Умри», — Я с радостью умру. Простите… Королева
Говори, О, говори еще! Я слушаю в волненье. О, дай мне радости, о, дай мне упоенья! Никто, никто ведь так не говорил со мной! Как нужен мне твой взгляд! Как нужен голос твой! Терзался ты? А я? Мой друг, как я терзалась! Ты избегал меня, а я сто раз пыталась… Напрасно, может быть, так скоро признаюсь? Но так несчастна я! Молчу я и боюсь. Рюи Блаз
(слушает ее с упоением)
Вы жаждущей душе даете утоленье. Королева
Я все тебе скажу. (Подняв глаза к небу.)
Пусть это преступленье — Тем хуже! В сердце к нам нетрудно заглянуть, Когда страдания нам разрывают грудь. Ты избегал меня, а я тебя искала. Я каждый день сюда неслышно проникала, Я слушала тебя, впивала голос твой, Твой ощущала ум, блестящий и живой, И каждое твое решающее слово Так увлекательно мне было и так ново! Казалось мне, что ты и только ты один — Мой истинный король, что ты мой властелин. За эти месяцы — ты понял, несомненно?- Тебя возвысить я старалась постепенно, И то, чего сам бог не сделал для тебя, Свершила женщина, всем сердцем полюбя. Я рада твоему блистательному взлету, Я чувствую во всем, везде твою заботу. Я помню, как сперва ты мне дарил цветы, — Теперь империю, мой друг, даришь мне ты. Ты сердце добротой затронул мне сначала, — Потом величие твое я увидала. Где сочетается величье с добротой, Там к сердцу женщины проложен путь прямой. Быть может, я грешна, но, мой творец небесный, Зачем я взаперти, как птица в клетке тесной? Без проблеска любви во мраке я брожу. Когда-нибудь тебе все, все я расскажу — Как я страдаю здесь, одна, совсем в забвенье, И только новые все время оскорбленья… Ну вот, подумай сам, что я от них терплю: Я комнаты моей ужасно не люблю — Она здесь всех других мрачнее и печальней, Я заменить ее другой хотела спальней — Не разрешили мне. Я хуже, чем раба. Я знаю, что тебя послала мне судьба — Чтоб родину спасти, спасти народ несчастный И чтоб любить меня. Я говорю неясно: Теснятся с уст моих без удержу слова, Но должен видеть ты, что я во всем права. Рюи Блаз
(падая на колени)
О государыня! Королева
(торжественно)
Я душу вам вручаю. Вам, герцог, честь свою отныне поручаю. Для всех меня хранит мой королевский сан. Для вас я — женщина, дон Цезарь де Басан. Вы — повелитель мой: довольно будет слова, Чтобы я к вам прийти всегда была готова. Будь горд, о цезарь мой; ведь гений — твой венец. (Целует его в лоб.)
Прощай! (Поднимает ковер и исчезает за ним.)
ЯВЛЕНИЕ ЧЕТВЕРТОЕ
Рюи Блаз один. Он как бы погружен в созерцание небесного видения.
Рюи Блаз
О, небо мне открылось наконец! Блеснул мне новый свет, и жизнь передо мною Впервые красотой сияет неземною — Как будто светлый рай, что видим мы во сне. Повсюду блеск и свет, горю я, как в огне! Во мне, кругом, везде, все — тайна, упоенье, И гордость, и экстаз, и сердца вдохновенье! Все то, что может нас приблизить к божеству! Какой-то дивный сон я вижу наяву. Свершились самые безумные желанья: Я — герцог! Я — министр! У ног моих Испанья! И королева мне дарит любовь свою. Я — выше короля, да, я над ним стою! Мой ангел, пред тобой склоняю я колени — И вознесен тобой превыше всех сравнений! Как ангел с небеси, ты снизошла ко мне, И я теперь живу в прекрасном звездном сне. Нет, это был не сон, не греза, не поэма: На голове ее сверкала диадема; Я видел, на руке прекрасной был надет Орлом Испании украшенный браслет… О ангел прелести и чистоты лилейной, Доверье сохраню твое благоговейно. Ты любишь — и ничто не страшно мне теперь. Тобою избран я; моим обетам верь. Пред богом я клянусь и клятвы не нарушу: Как женщине — тебе я отдаю всю душу, Как королеву — чту тебя, как божество; Я охраню тебя — не бойся ничего! За несколько мгновений перед тем в дверь в глубине сцены вошел человек в широком плаще, в шляпе с серебряными галунами. Он медленно подходит к Рюи Блазу, не будучи им замечен, и в то мгновение, как Рюи Блаз, опьяненный восторгом и счастьем, подымает глаза к небу, неожиданно кладет ему руку на плечо. Рюи Блаз оборачивается, словно внезапно пробужденный. Человек сбрасывает плащ, и Рюи Блаз узнает дона Саллюстия. На доне Саллюстии ливрея огненного цвета с серебряными галунами, совсем такая же, как у пажа Рюи Блаза.
ЯВЛЕНИЕ ПЯТОЕ
Рюи Блаз, дон Саллюстий.
Дон Саллюстий
(кладя руку на плечо Рюи Блаза)
Привет! Рюи Блаз
(в смятении, про себя)
О, я погиб! Маркиз! (Дону Саллюстию.)
Вы здесь? Дон Саллюстий
(улыбаясь)
Едва ли Ты ждал меня? Рюи Блаз
Да. Вы врасплох меня застали. (Про себя.)
Все кончено, меня опять несчастья ждут! Я видел ангела, а дьявол — тут как тут. (Бежит к портьере, за которою скрывается тайник, и запирает дверцу на засов. Потом, весь трепеща, возвращается к дону Саллюстию.)