Новые впечатления посыпались как из рога изобилия. Опека. Социальные службы. Выяснения. Благо давно битую системой Милу пронять этим не получилось. Ту, кто каждый год сталкивается с медициной и получением причитающихся льгот, просто так не продавить.

А еще свалилось замужество, мимолётом, но очень в неудачное время. Наверное, поэтому смерть неплохого в общем-то парня ее не проняла, не до этого было. Сосед опечалил больше из-за давности знакомства, приятных детских воспоминаний и, главное, закончившейся суеты с бумагами Эли.

А теперь вот посторонний человек в ее доме. Причём Мила откровенно не понимала, как вести себя дальше. Вернуться и выставить его можно, даже разумно это аргументируя. Хотя, с другой стороны, это будет решение для себя. Чтобы вернуться в привычную зону комфорта своей жизни. С точки зрения Эли, пожить рядом с дядей полезнее, причём обоим. Ему нужно понять, каково это быть рядом постоянно, а ей привыкнуть к его присутствию в своей жизни. Тогда переселение на этаж ниже пройдет без особых проблем, сложностей, а главное — стрессов. Поэтому Мила думала…

Привычного круга, чтобы прийти к каким-то разумным выводам, не хватило, и она потащила Аса дальше, вниз. Обычно этого маршрута не было, для Эли он слишком сложен. Хотя по такой погоде он и для Милы оказался непрост. Даже пес, кажется, растерялся, но возражать не стал. Он в целом никогда не возражал против прогулок по незнакомым местам.

Выйти на берег реки удалось с трудом. Завод. Гаражи. Непонятые предприятия в низине и, наконец, кусты. Да, приятно, когда городские власти заботятся о жителях и устраивают набережную вдоль реки. Еще приятнее, когда она сделана метров на пятьсот от центра и дальше на десяток километров сменяется дикой природой вместе со свалками, частными постройками, мостами и прочими благами цивилизации. Единственный плюс — рыбаки, протоптавшие тропинки вдоль всей протяженности водоема.

Мила шла, отпустив Аса на самостоятельное изучение пространства. Благо пес в силу возраста стал осторожнее и осмотрительнее. Любовалась в прорехах замерзшей водой и присыпанным снегом мусором. Делала фотографии и планировала начало новой акции по благоустройству городского берега реки.

Переключиться на такие проблемы вышло моментально. Вернуться обратно к собственным трудностям с трудом и то ненадолго. Странный променад прервал звонок телефона.

Сергей.

— Мила, всё в порядке? Тебя нет больше часа.

— Я дошла до реки, уже иду обратно, но вернусь не скоро. Эля проснулась?

— Пока нет.

— Начинай ее будить. Нужно возвращаться в нормальный график. К тому же мы сегодня записаны к педиатру.

— Зачем?

— Для справки в сад, — ответила Мила весело. — Пропуск больше трех дней — и нужна справка от врача о состоянии здоровья ребенка.

— Ясно. А акклиматизация?

— У кого? У нее или меня?

— У нее, она всё же маленькая.

— Сергей, если заболеет, то останется дома, а сейчас, чтобы не расхолаживаться без причины, возвращаемся к привычному распорядку. В саду она опять будет до двенадцати, устать не успеет. Зато обойдется без качелей — сегодня так, а завтра, как моя левая пятка захотела.

— Стабильность жизни, — задумчиво заметил он.

— Именно. Смотри, ты можешь решить — иду сегодня на работу или нет. Это твое решение, твои последствия и твой отдых, допустим. А если за тебя это решу я, просто так, ничего не объяснив, ты уверен, что будешь доволен? Раз, может, и ничего, но если это будет повторяться с непонятной периодичностью по неясному алгоритму, точно ли это принесет позитив?

— Ты утрируешь. Она воспринимает всё проще.

— Да. Но она научилась понимать календарь и знает, что когда день в квадратике красный, значит, в садик не идет. У нее либо пони, либо театр, либо что-то еще. Если она просыпается и приходит с соплями, то спрашивает — идет или нет. У нее есть осознание, когда что происходит и некое ощущение контроля.

— И работает?

— С температурой нет, там я решаю, а так она каждое утро смотрит на календарь и понимает, какой у нее сегодня день — с садиком или без.

— Ну, определенная логика в этом прослеживается.

— Сергей, сегодня среда. В саду она будет два дня, как раз достаточно, чтобы снова вспомнить, но не успеть устать. Отдавать ее с понедельника сразу на пятидневку мне кажется хуже.

— Тоже верно. Поэтому брала такой прилет?

— Нет, так совпал круиз, и в целом при бронировании билетов на неделе они дешевле, но и этот момент учитывала.

— Н-да…

— Мне тоже было дико по первости, но потом многие вещи берешь во внимание автоматически. Сколько дней Ас по утрам напрягал?

— Всё время, не люблю активность в такую рань, — хмыкнул он, — но на второй неделе смирился. Вот умеешь ты найти правильные слова.

— Отлично… Ой!

Мила не удержалась и упала на бок, выпустив телефон. Подъём вверх по обледеневшей горке требовал больше внимания. С трудом собрав себя в кучу, убедилась в относительной целостности, отмахнулась от взволнованного пса и медленно поднялась. Побаливал левый бок. Всё бы ничего, но у нее осталась только левая почка, поэтому этот бок она всегда берегла. И именно на этот бок всегда падала…