Несколько минут мы ехали молча. Все это время Алисия бросала на меня взгляды украдкой. Каждый из них, казалось, обжигал мне кожу, усиливая мое желание еще на одну неприятную ступеньку. Как раз в тот момент, когда я собирался приказать ей держать глаза при себе, она отбросила свои блестящие волосы за плечо.

— Ты не можешь указывать мне, что делать, ты же понимаешь это.

Я резко поднял на нее взгляд, желание горело по моим венам, как ракетное топливо. Она произнесла это как вызов, почти приглашение. Хотя, возможно, она не имела в виду именно это.

И всё же она смотрела на меня, вздернув подбородок, её тёмные глаза были слегка прикрыты тяжелыми веками. Её щеки порозовели, как будто она понимала, что сказала что-то немного неуместное. Её грудь поднималась и опускалась, дыхание было слишком быстрым для того, кто просидел так десять минут.

Мой член пульсировал.

Будь профессионалом.

Я не был каким-то зеленым юнцом, флиртующим с симпатичной девушкой. Я был тридцатичетырехлетним мужчиной, имеющим работу, которую я очень хотел сохранить.

Но моему телу было тяжело вспоминать об этом. Может быть, потому, что большая часть моей крови в данный момент перенаправлялась от мозга к члену. Поэтому я не ответил Элли Руссо спокойно и вежливо.

Вместо этого я посмотрел прямо в ее влажные глаза и сказал:

— Сейчас ты на моей горе, милая. И пока я не скажу иначе, ты будешь делать в точности то, что я тебе скажу.

Элли

Слова Флинна были подобны повороту ключа в замке. Только что я была рациональной, ответственной Элли, которая беспокоилась о рейсах и фотоаппаратуре. В следующее мгновение я вжалась в краешек сиденья, чувствуя, как между ног разливается тепло, а сердцебиение учащается. По моей коже пробежал румянец, согревая меня с головы до ног.

В то же время, где-то в глубине моего живота затрепетал страх. Что-то подсказывало мне, что Флинн, как-там-Его-Фамилия, не бросался пустыми угрозами. Если он сказал, что я буду выполнять его приказы, он был готов заставить меня повиноваться. Более того, у него были для этого все возможности. Его широкие плечи доходили до половины сиденья, а бедра были шириной с мою талию. В свои пять футов и девять дюймов (прим. перев. 175,26 см)я всегда считала себя высокой для женщины, но мне было не сравниться с Флинном. Он доказал это на горной вершине. Если он хотел, чтобы я поехала, ему не нужно было ждать моего согласия. Он просто отвезет.

В этом была какая-то опасность. Рассудительная Элли сказала, что я должна убираться к черту из его грузовика.

Но замок повернулся, и дверь распахнулась, выпуская на волю все темные, пугающие мысли, которые я обычно держала глубоко внутри. Внезапно мне стало наплевать на свой телефон или фотокамеру.

Я просто хотела, чтобы Флинн продолжал говорить тем низким рокотом, который задевал какую-то струну глубоко внутри меня, посылая вибрацию в те места, о которых я могла думать только в постели с выключенным светом.

Но он смотрел прямо перед собой, не отрывая взгляда от дороги.

У меня ёкнуло сердце. Я неправильно его поняла? Возможно, он называл всех «малышка» и «милая». Вряд ли это было политкорректно, но он жил на Аляске и казался старше. Возможно, он не был в курсе социальных норм.

Хотя, о чём я только думала. Я даже не знала его.

Но я не могла отделаться от ощущения, что должна. Возможно, это потому, что он воплотил все мои фантазии. Марк думал, что я смотрю «Аквамена» раз в месяц, потому что мне нравятся боевики. Он понятия не имел, что я дожидалась, пока он заснет, прежде чем сунуть руку под одеяло и удовлетвориться Джейсоном Момоа в гидрокостюме.

Так что, да, я думаю, мне нравились боевики — просто это был другой вид экшена, к которому привык Марк.

Флинн повернул ещё раз, и мы подъехали к бревенчатой хижине, спрятавшейся на фоне вечнозеленых деревьев и гор.

— Это твое место? — спросила я.

— Да.

— Выглядит как дом.

Он приподнял бровь, глядя на меня, и в его глазах промелькнуло легкое веселье.

— Наверное, потому, что так оно и есть.

Моё сердце пропустило удар, и не только потому, что его глаза были того же оттенка, что и небо за горами. Рациональная Элли с ревом вырвалась на поверхность. Одно дело — быть с ним наедине в грузовике. И совсем другое — быть у него дома.

Я облизнула губы.

— Я думала, ты возглавляешь поисково-спасательную группу. Разве у тебя нет станции или чего-то в этом роде?

Он свернул на грунтовую дорогу.

— Это не Лос-Анджелес. На Аляске строить дорого.

Я сглотнула, не сводя взгляда с домика. Он был небольшим, но ухоженным, с зелеными ставнями, которые выглядели так, словно их недавно покрасили. На широкой веранде стояли кресла-качалки, а по бокам от входной двери стояли цветочные горшки. Конечно, человек, у которого были цветочные плантаторы, не был тайным серийным убийцей или кем-то в этом роде. Не то чтобы были серийные убийцы в открытую. По определению, серийные убийцы скрывают все…