— Нет, спасибо, — Тим натянуто улыбнулся. — У меня появилась новая работа. Хорошая.

— Серьезно? Что за работа?

— Ну… она связана с писательством. — Улыбка Тима стала каменной.

— Это здорово! — сказала Энн с воодушевлением, но ее голос звучал неубедительно. Видимо, он недостаточно хорошо владел своим лицом.

— Да, здорово, — кивнул Тим. — Я сейчас вызову Uber. Спасибо за кофе. И за разговор. И прости, что так внезапно заявился; в следующий раз я позвоню, обещаю.

Он достал телефон, сделал заказ и ждал, пока откликнется водитель. Энн молча допивала кофе.

— Тим, — позвала она вдруг.

Он поднял на нее взгляд.

— Ты можешь остаться. Я постелю тебе в гостевой спальне, а утром мы вместе доедем до города.

Тим несколько секунд молча смотрел на нее, запоминая все — кардиган, розовые пижамные штаны, ее тонкие пальцы, сжимающие кружку, волосы, растрепанные после сна, большие глаза, полные робкой надежды.

Это все было слишком большим искушением.

— Спасибо. — Тим улыбнулся, и улыбка снова стала каменной. — Но мне нужно работать рано с утра. А для этого мне нужен мой ноутбук.

Она кивнула и молча пошла мыть кружку. Телефон Тима мигнул, сообщив о приезде машины. Он поднялся и пошел к выходу, но остановился у двери на кухню и обернулся; она стояла у раковины, слегка ссутулив плечи.

Он мог бы вернуться и попрощаться как следует…

Тим вышел из кухни, не сказав больше ни слова.

Это все было слишком большим искушением.

Тим не заметил, как прошла первая половина поездки через город. Во второй половине он наконец пришел в себя настолько, чтобы почувствовать стыд за то, как он ушел. Конечно, Тим совершал великое самопожертвование, отказываясь остаться у Энн, но она-то об этом ничего не знала. И он искренне надеялся, что и не узнает.

Ему следовало запихнуть свое глупое сердце куда подальше и начать вести себя, как следует. Он должен позвонить Энн утром и поговорить с ней, как нормальный друг. Он спросит, что она делала все то время, пока они не общались, и, если она спросит его о том же, он расскажет про свой ремонт. У них будет хороший, обыденный, приземленный разговор, и Тим не будет чувствовать, будто ему в грудь вонзают нож каждый раз, когда она с ним говорит.

По крайней мере, он постарается этого не чувствовать.

Тим вернулся домой в начале четвертого — но решимость держать себя в руках была настолько сильной, что вместо того, чтобы рухнуть прямо на пол, Тим сразу же взялся приводить квартиру в порядок. Он даже задумался, не сползает ли постепенно в ночной образ жизни — но Иден что-то говорил о том, что Тим особенно хорош, когда устает. Так что, возможно, это будет даже полезно для его нынешней «работы».

К шести часам утра оба стеллажа были собраны и стояли бок о бок в гостиной; книги заполнили их на две трети; ванна сияла финишным слоем эмали, а мешки с ненужной одеждой лежали на дне наполовину пустого, аккуратно организованного шкафа, ожидая, когда их отнесут в «Гудвилл».

Тим швырнул пустую бутылку из-под вина в мусорку, промахнулся, наклонился подобрать ее и осторожно положил в ведро. Он с удовлетворением оглядел квартиру, выключил свет и лег прямо на ковер в гостиной. Небо за окном медленно светлело; его перламутровое сияние заполняло комнату, окрашивая стены и потолок в нежные оттенки розового, голубого, охры и лимонного, и цвета смешивались, стекая по стенам к полу…

…Стук в дверь разбудил Тима. Он растерянно сел и посмотрел на часы; был полдень. Свет из окна лился ярко и прямо.

Стук повторился.

— Иду, — откликнулся Тим, поднимаясь, чтобы открыть дверь. Он был почти уверен, кто стоит за ней.

— Привет, — вежливо улыбнулся Иден. Тим сонно взглянул на него.

— Это не совсем «когда ты будешь готов», — пробурчал он.

— Плюс-минус час, — легко ответил Иден. — Сколько тебе нужно, чтобы быть готовым?

— Хмпф, — вздохнул Тим, потирая лицо. — Дай мне пятнадцать минут плюс завтрак.

— Интересная оценка времени.

— Плюс-минус чашка кофе, — буркнул Тим и ушел в спальню. Иден рассмеялся.

Тим вытащил штаны и футболку из недавно пополненного запаса и пошел в ванную. Эмаль еще сохла, так что он вымыл голову под краном в раковине, потом так же неловко сполоснул подмышки, заливая все вокруг водой. Тим побрился, почистил зубы, надел свежую одежду и вышел в гостиную, чувствуя себя на удивление готовым.

Сложносочиненный итальянский сэндвич, оставшийся после вчерашней «охоты за удовольствиями» оказался кстати — он избавил Тима от необходимости готовить завтрак.

— Тебе что-нибудь предложить? — спросил он Идена, который рассматривал новые стеллажи.