— Вытащи меня, козёл. Вот что дальше будет! Любишь унижать слабых.

И без того мрачное лицо Войтова каменеет и он бросает.

— Это ты у нас главная по издевательствам, София. Полгорода вешается от твоих выходок. Не надоело бить и унижать людей?

Мои пальцы резко разжимаются и я отпускают его футболку.

— Враньё! – порывисто шиплю я и хватаюсь за края бочки, чтобы не пойти ко дну.

В ладони сразу же впивается что-то острое и я отдёргиваю руки. Действуя на голом инстинкте самосохранения, я бросаюсь вперёд и кое-как успеваю ухватить Войтова за шею. Не ожидавший подобного рывка, Глеб заваливается вперёд и наши лбы ударяются.

— Ох, — восклицаю я, но при этом обхватываю мужскую шею ещё сильнее.

Подтянувшись, я практически уже вылезаю из бочки, когда руки Войтова обхватывают талию, пытаясь отцепить мои клешни от своей шеи.

В ответ я задираю голову и звонко воплю.

— Я победила.., Вой…

Мой язык резко припечатывается к нёбу, потому что наши губы оказываются в сантиметре друг от друга. Его горячее дыхание сразу же раскаляет мои холодные губы и я, словно чокнутая дура, тянусь к соблазнительному огню. Я даже подумать не успеваю, поразмышлять..! Я прижимаюсь к твёрдому рту Войтова и прикрываю веки от ощущения нереальности.

Могла ли я такое когда то представить? Могла, но это было очень давно.

Я толком не успеваю ничего почувствовать. Через мгновение Глеб отстраняется и даже отталкивает меня от себя. Его лицо выглядит ошарашенным, но он слишком быстро собирается. Я так не могу: меня до сих пор потряхивает и это не от того, что я купалась в холодной воде.

— Что ты ещё придумала? – тихо спрашивает он и обводит мое лицо и тело быстрым взглядом.

Не в силах «придумать, что я ещё придумала», я опускаю глаза вниз и в ужасе понимаю, что вода и здесь меня подставила. Мало ей было тупого поцелуя, она решила прилепить одежду к моему телу настолько сильно, что даже при полном отсутствии воображения можно понять, какого размера моя грудь и попа. Пипец!

Так опозориться и перед кем!!!!

К счастью Войтов покидает поле сражения сразу. Я же остаюсь отлеплять от тела мокрую одежду и размышлять о своем дурном поступке.

На фига я полезла к Глебу с дурацкими поцелуями? На какой хрен?! Оооооо. Лучше бы я нырнула в бочку, чем продемонстрировала Войтову свою слабость! Хотя… что он там говорил? Что я что-то замышляю! Ну или примерно так. Значит он не понял, что я просто захотела его поцеловать. А я хотела, твою мать…

Когда-то давно, когда Серёжка ещё был жив, я тайно любила его молчаливого друга. Каждый раз я с придыханием ждала прихода Глеба, а когда он появлялся у нас в доме, я пряталась за угол и наблюдала за ним. Ночами я мечтала, что однажды Войтов обратит на меня внимание, позовет в кино, а потом мы будем целоваться на нашем крыльце и он предложит мне выйти за него замуж. Я даже речь его продумала, какие слова он точно мне скажет, а какие оставит до нашей первой брачной ночи… Детали этой ночи я не представляла, но верила, что всё будет волшебно…

Какая была бестолковая и наивная!!! Веру в любовь и в светлое будущее я похоронила вместе с братом и даже в мыслях запрещала себе думать о его убийце! И что теперь? Что мы имеем? Ничего хорошего!

— Софа, бери себя в руки! Тебе надо выиграть войну, а сегодняшнее сражение, местного масштаба, можно в расчёт не брать.

Вернувшись в дом, я стянула с ног мокрые кроссы и потопала в гостиную. Следом за мной увязался мокрый след, но в этом моей вины не было. Я себя не купала.

Войтова я застала за тем же делом, что и ранее. Он сидел на кухонном столе и смотрел в экран ноутбука.

— Где я буду спать? – решила уточнить я.

Бессонная ночь и тяжелое начало дня дали о себе знать и я почувствовала дикую усталость.

Глеб поднял голову и в упор посмотрел на мои носки, а потом и на мокрый след, который они оставляли.

— Убери за собой, — строго приказал мужчина.

Я закатила глаза и едко ответила.

— Потом. Я спать хочу!

— Убери за собой!

Вспыхнув, я возмущённо фыркнула.

— Тогда можешь прямо сейчас уходить из моего дома. Про правила я кому рассказывал.

— Ну и катись ты..! – проорала я и повернулась, чтобы уйти, но вспомнила про вещи, — где мой рюкзак?

Ответом было молчание.

— Вещи где мои?

Глеб оторвал взгляд от ноута и окинул меня взглядом полным раздражения и брезгливости.

— Я не трогал твой грязный рюкзак.

— А где он тогда?

Снова чёртово молчание.

Аааа. Как же он меня бесит. Лучше жить на вокзале, чем с этим…