Но раз поступило такое предложение, то придется разбираться с ним в ближайшее время, несмотря на зимние дожди. Нельзя оставлять эту работу на потом.

Кстати, Эрлих, тебе придется мне помочь. Пленные кочевники под пытками рассказывают, что у них появился какой-то хан, он собирает большие силы, чтобы, переправившись через Энру, взять приступом Брон и избавиться от постоянной угрозы с моей стороны.

Я рассчитывал разобраться с ним самостоятельно, но, похоже, времени на это у меня не будет.

Поэтому прошу тебя, если хочешь помочь, займись этим ханом. А потом можешь возвращаться в академию к своим бумагам и чернильницам.

После этого монолога, Гвирон выжидательно уставился на меня. Видимо, ждал возмущенных возгласов протеста.

Я же лишь спросил:

— И как долго я буду искать в прериях этого объединителя кочевий? Или ты думаешь, я могу птицей носиться над степями?

— Послушай, Эрлих, — с понимающим видом обратился ко мне Клаус. — Я точно знаю, что когда тебе нужно, ты передвигаешься очень быстро.

Вот смотри, на письме Совета магов стоит дата, с того момента прошло всего шестнадцать дней. Допустим, ты на перекладных лошадях добрался до баронства Кума за три дня. А потом за тринадцать дней проехал два баронства и пятьсот километров только в моем графстве, почти тысячу триста километров в общей сложности, то есть одолевал по сто километров в день. Притом с твоих же слов у меня в графстве ты вообще, потеряв коня, шел пешком.

— Мда, это я дал маху! — озабоченно подумал я . — Надо было еще неделю повалять дурака в челноке. Совсем из головы вылетело, что в документе стоит дата подписания…

Гвирон между тем продолжил говорить.

— Мы тут пообщались по этому поводу с Хенриком, тот, как и я, в недоумении. Портала ты однозначно не открывал, значит, у тебя есть другой способ быстрого передвижения.

— Допустим, — сдался я. — У меня есть способ быстрого передвижения, Но прерии за Энрой раскинулись до Великого океана и занимают площадь в три раза больше, чем земли Дронара и Гронара вместе взятые. Миллионы квадратных километров, если ты, конечно, знаешь такие цифры. В общем, мне нужно знать хотя бы приблизительно, где сейчас располагается ставка хана.

Клаус смущенно почесал затылок.

— Действительно, о миллионах я услышал в первый раз. Поясни это сколько примерно?

— Чтобы было понятней, это тысяча тысяч. До тысячи ты, наверно считать умеешь? — я уже начинал злиться.

— Сними полог тишины, — попросил собеседник и после паузы позвонил в колокольчик.

Практически сразу в комнату зашел Хенрик маг второго ранга и мой коллега по летней войне.

— Проведи нас в совещательный зал, — приказал граф. Дружеский тон, которым он разговаривал со мной, у него куда-то испарился.

И снова я летел в ночь по примерным координатам, собранным после пыток не одного десятка кочевников.

Да, Гвирон реально напугал этих скотоводов. На другом берегу Энры, когда я перелетел туда, до горизонта не было видно ни одного огонька. Летел я не торопясь, боясь что пропущу нужную стоянку…

Просьба, или точнее поручение Клауса меня не пугало, больше раздражала потеря времени. Шестнадцать лет в абордажниках Аратана быстро избавили от иллюзий, человеческие останки и растекшиеся полусгоревшие мозги на переборках после луча бластера не вызывали тошноты. Имплант услужливо гасил эмоции при виде корчащихся в огне людей. Короче, убить человека для меня сложности не представляло.

Но все же лишней жестокостью я не страдал и старался быстрее убить своего противника. Поэтому в войске Гвирона меня хоть и боялись, но считали излишне мягкотелым.

Первые костры кочевий появились, когда я отлетел от Брона почти на триста километров вглубь прерий.

Но до нужного места оставалось почти столько же. Понемногу огней стойбищ в ночи становилось все больше. В основном они находились вдоль мелких притоков Энры, собирающих воду с половины Великих равнин.

Добравшись до примерного места нахождения ставки хана, я начал облетать его концентрическими кругами. Почти светало, когда я, наконец, обнаружил

искомое.

Огромная белая юрта стояла на возвышенности в окружении множества более мелких юрт, но тоже немаленьких по размеру.

Ближе к мелкой речушке теснились заплатанные юрты простых кочевников. В отдалении виднелись табуны лошадей, а еще дальше отары овец.

У костров уже суетились женщины, готовя еду.

Приземлившись неподалеку, я вздохнул и направился к становищу, можно было конечно, сжечь весь лагерь издалека, но надо было убедиться, что сжигаю того, кого нужно.