Получилось!

Запрыгиваю на кровать, осторожно обнюхиваю Аррона, продвигаюсь выше, к основанию шеи и провожу языком по ране, чувствуя солоноватый вкус крови. Повторяю, еще и еще. Методично зализываю рану, пока из нее не перестает сочиться кровь.

Снова провожу носом по шее, прислушиваюсь к биению сердца — убеждаюсь, что Аррон жив. Зализываю еще несколько мелких ран на животе, а потом ложусь рядом, сворачиваюсь калачиком и засыпаю.

Просыпаюсь от того, что кто-то бережно перебирает мои волосы. Прикосновения нежные, осторожные, словно боятся разбудить. Открываю глаза и замираю.

Аррон. Живой. Лежит на боку, подперев голову рукой, и восхищённо меня рассматривает.

— Ты жив, — шепчу с облегчением.

— Благодаря тебе, — хрипло отвечает Аррон. — Ты спасла меня, Мира.

Тянусь к его руке, сдвигаю края повязки. Под ней на коже лишь тонкий розовый шрам. Проверяю остальные раны — все зажило. Даже те, особенно глубокие, на шее и животе, выглядят уже вполне сносно.

Помогло. Отвар Ингрид, волчья слюна или магия истинных пар — не важно, что. Главное — помогло.

— Я знал, что она белая, — восхищенно произносит Аррон, снова касаясь моих волос.

— Кто? — не понимаю я.

— Твоя волчица.

Волчица? Он видел ее? То есть, меня. Может, когда я спала. Значит, она белая. Логично, ведь Эйра — блондинка. Свое новое лицо я никогда не видела, ведь в этом мире нет зеркал, но зато я хорошо рассмотрела длинные светлые волосы и хрупкое телосложение.

Пальцы Аррона касаются моей щеки, спускаются к шее. Я ловлю его взгляд. Горячий, пристальный. Замечаю в глазах золотые всполохи.

Его рука скользит ниже, к груди, очерчивает контур, а затем накрывает ее полностью. Сосок моментально твердеет, упирается в центр ладони.

В животе разливается приятное тепло. Я выгибаюсь, подаюсь навстречу его ласке.

Дыхание Аррона становится шумным, прерывистым. Он сжимает мою грудь, проводит пальцем по соску, опускает взгляд на свою руку, а потом возвращает обратно. Смотрит прямо в глаза. Наблюдает за мной, словно боится, что я сейчас его оттолкну. Снова.

Приподнимаюсь на локтях, тянусь к нему и касаюсь губами его губ. Прихватываю их по очереди, проникаю языком в рот. Аррон не отвечает. Вообще не двигается. Замер. Только его рука на моей груди сжимается сильнее.

Отстраняюсь, не понимая, что с ним, но он тут же тянется ко мне и целует сам. Жадно, неумело. Как будто никогда этого раньше не делал. Хотя, если судить по тому, что Аррон дважды пытался взять меня сзади, может у них тут действительно не принято нежничать.

Зарываюсь пальцами в его волосы, притягиваю ближе, отвечаю на поцелуй. Аррон рычит, роняет меня на спину, вжимается всем телом.

Провожу руками по его плечам, спине, бокам. Неосознанно впиваюсь в кожу, царапаю ее.

— Сшш… — шипит Аррон, чуть отстраняясь.

Чувствую влагу под пальцами — я случайно задела его рану на животе.

— Прости…

Резко сажусь на постели.

— Дай посмотреть, — виновато прошу я.

Аккуратно толкаю мужчину, укладывая на спину. Крови совсем немного — я поцарапала только край раны.

— Я… я сейчас обработаю и наложу повязку…

Собираюсь встать, но Аррон хватает меня за руку.

— Не уходи, — хрипит он.

Скользит взглядом по моему голому телу и начинает подниматься.

— Нет, лежи, — протестую я, толкая его обратно на шкуры. — Тебе нужен покой.

— Мир-ра, — вымученно стонет Аррон, подчиняясь, но руку не убирает.

Выписывает пальцами узоры на коже, обжигает горящим взглядом.

— Я не уйду, — отвечаю я.

Осторожно, чтобы не потревожить рану, сажусь на Аррона сверху. Наклоняюсь и целую.

Он с жаром отвечает. Обхватывает мой затылок, не позволяя отстраниться. Чувствую, как в ягодицы упирается его твердая плоть, и по телу прокатывается дрожь предвкушения.

Отрываюсь от его губ, целую шею, ключицы, прокладываю влажную дорожку по груди вниз, к подрагивающему животу. Замираю в самом низу и поднимаю взгляд. Аррон смотрит напряженно и немного растерянно.

Сдвигаюсь чуть ниже, обхватываю ладонью его горячую плоть. Глаза Аррона расширяются

— Что ты… — начинает он, но я накрываю губами самый кончик и провожу по нему языком, — …делаешь, — шумно выдыхает Аррон.

Неужели и это для него сейчас впервые? Чувствуя себя коварной соблазнительницей, медленно скольжу языком по стволу. Опускаюсь ниже, глубже погружая его в рот. На языке расцветает солоноватый привкус.