Только вот на данном этапе Рикардо хотел бы воздержаться от таких кардинальных действий. Адриан сейчас ему нужен живым и здоровым. И коалиция, что формируется вокруг него, тоже неплохой знак. Чем больше дворян вовлечено в поддержку короля, тем больше ресурсов будет вложено в эту кампанию.

Но на фоне всего этого существовала одна очень серьезная проблема. Ненависть Адриана к багряным.

Эта неприязнь была не новой. Она была заметна давно. Но раньше все это выглядело относительно безобидно и не так явно. Скорее, как юношеский каприз или обида за отца.

Теперь же негативное отношение к багряным стало частью королевской политики. Адриан вдруг начал слышать жалобы на орден и, что хуже всего, начал на них реагировать, начал давать обещания разобраться с нарушителями.

И Рикардо видел: это не просто некий дипломатичный ход, чтобы потушить пламя скандала. Нет… Адриан, похоже, объявил войну багряным. И очень скоро из Аталии на действия короля последует реакция Энзо ди Рива.

Рикардо снова сделал глоток из бокала и вздохнул. Придется усиливать охрану мальчишки. С великого магистра станется организовать внезапное отравление монарха, как это случилось когда-то с прадедом Адриана.

Рикардо не понимал, откуда взялась эта внезапная одержимость. При прежнем короле Адриан жил иначе. Балы, любовницы, охота, азартные игры, развлечения. Политика отца и орден его почти не интересовали. Наверняка он знал, что происходит, но не лез в политику. Не потому, что не мог — потому что не хотел.

Перелом случился после плена у маркграфа де Валье.

Рикардо не любил делать выводы без фактов. Но факты были простыми: до плена принц был одним человеком, после плена — стал другим. Более серьёзным, более собранным и жёстким. Еще не зрелым мужем, но уже не тем беспечным мальцом, которого можно было отвлечь яркой игрушкой.

Любопытно, что такого произошло там, в плену? Что так кардинально изменило принца.

Из размышлений герцога вырвал характерный негромкий стук в дверь. Короткий. Без суеты.

— Войди, — разрешил Рикардо. Он уже знал, кто там за дверью.

Тони Наппо вошел и остановился на пороге. Поклонился ровно настолько, насколько требовал протокол.

— Ваша светлость.

— Говори.

— Прибыл гонец из Вестонии.

Рикардо поднял глаза.

— Кто его видел?

— Кроме меня, никто.

Рикардо кивнул.

— Хорошо.

Канал связи с герцогом де Бофремоном появился не вчера. Идея будущего сотрудничества возникла еще когда Бофремон был личным пленником Рикардо.

Тогда, в долгих разговорах за столом, на охотах, в паузах между балами они пришли к общему мнению: мир меняется, и тонко чувствующим эти перемены людям выгоднее сотрудничать, чем враждовать.

Бофремон сам предложил сотрудничество и канал связи. Рикардо тогда не поверил ему на слово. Но после нескольких проверок канал связи был признан относительно безопасным и рабочим.

Тони передал свиток с расшифровкой Рикардо, а тот отстраненно подумал, что до кучи ему еще только обвинений в измене и не хватало.

Затем, отмахнувшись от непрошенной мысли, Рикардо развернул письмо и углубился в чтение. Читал медленно, вчитываясь по несколько раз в каждое слово. Содержание было сформулировано осторожно. Прямых слов почти не было. Но смысл был ясен.

Предложение. Координация. Встреча посланников с двух сторон. Намек на «общего врага». Намек на действия, о которых лучше поговорить при личной встрече посланников.

Рикардо сложил письмо, положил его на край стола и задумчиво посмотрел на карту.

Герцог прекрасно понимал, с кем имеет дело. Бофремона он считал скользким, вспыльчивым и высокомерным мерзавцем. А еще абсолютно бестолковым полководцем. Достаточно вспомнить, как Бофремон попался на его уловку с отступлением в той битве.

Но, помимо всего прочего, герцог де Бофремон обладал властью, обширными связями и влиянием. Рикардо знал, на чьей стороне играет брат королевы Вестонии. Он верен Оттону, об имперских амбициях которого знает последний сапожник.

Откровенно говоря, после того скандала со смертью принца Филиппа Рикардо полагал, что фигуру Бофремона можно смело убирать с политической доски. Но тот каким-то образом смог все-таки выкрутиться.

Рикардо усмехнулся. Этот слабак Карл пошел на поводу у своей жены. Еще одно доказательство того, что он не достоин сидеть на троне Вестонии.

Так вот Рикардо, принимая у себя Бофремона как почетного пленника, успел хорошо изучить его, а также пришел к выводу, что на первых этапах войны за имперскую корону этот мерзавец будет ему полезен. Он даже, дабы расположить к себе Бофремона, назначил за его свободу не самый высокий выкуп.