— Доброй ночи, Алексей Николаевич, — спокойно произнес он, — не могу сказать, что рад вас видеть, однако все же вижу.

— Интересный у вас способ проникновения в камеру, — я кивнул на душевую, — и часто вы такое практикуете? Хотя можете не отвечать, это не так важно. Зачем пожаловали?

— А разве ты не догадываешься? — демон отбросил в сторону маску вежливости, — ты, Светлов, последовательно лез в мои дела, не желая понимать намеки. Что ж, раз так, то намеков больше не будет, — Громов достал из внутреннего кармана несколько листков бумаги, — ты поставишь подпись под этим и спокойно сдохнешь. Ну или все будет по-другому, — после этих слов он зажег на левой ладони небольшой огонек. Правда, вместо рыжего цвета огонь демона больше уходил в черноту, но то и неудивительно, учитывая, что сидящий передо мной уже и не человек вовсе.

— Хм, значит, говоришь, поставить подпись? — спустив ноги на пол, я усмехнулся, не сомневаясь в том, что демон видит мою ухмылку, — а что, если я скажу нет? Мы в тюрьме, помимо меня тут есть и другие люди. Мне достаточно заорать, и тебе придется убегать отсюда очень, очень быстро. Да, я в курсе твоей «дружбы» с начальником полиции, но дружба дружбой, а в тюрьму никто не хочет.

— О, я ценю твою заботу, сопляк, но насчет этого можешь не переживать, — в этот момент поверх человеческого лица появилась демоническая рожа, — в этой тюрьме все спят, и никто не проснется до того момента, как я не решу!

— Даже так? — я направил каплю энергии в ауру, и на кровати рядом со мной появились револьверы. Демон это заметил, но, к моему удивлению, даже не шелохнулся. Хм, ему что, плевать на оружие?

— Пронес огнестрел в тюрьму, — Громов хмыкнул, — идеально. Значит, найдут тебя с дырой в виске, и на этом история рода Светловых закончится.

— Как бы не так, — я взял револьверы в руки, — видишь ли, Громов, это оружие обладает очень интересным свойством, — говоря это, я напитывал оба револьвера силой, — они стреляют не привычными пулями, у них немного другие боеприпасы, — рукоятки уже начали обжигать, но я не спешил стрелять. Что-то было не так, что-то в этой твари меня напрягало.

— Ладно, Светлов, мне этот цирк надоел, — демон встал, — придется тебе перед смертью узнать одну очень, очень опасную тайну. Впрочем, ты все равно никому не сможешь рассказать, — он расплылся в широкой ухмылке, — есть предположения, что я хочу сказать?

— Неужели признаешься в том, что ты демон?

Громов замер, а его глаза расширились до размеров явно не человеческих, а в следующее мгновение я вскинул оружие…

Рывок демона совпал с выстрелами. Два сгустка света ударили его в грудь, аккурат в область сердца. Правда, сердца у этой твари в нашем понимании не было, так что удар лишь затормозил его на доли секунды. Этого мне хватило, чтобы уйти с траектории удара, и когтистая демоническая лапа вместо моей шеи поймала лишь пустоту. Демон же начал трансформироваться, конечности чуть удлинились, человеческие зубы уступили место острым клыкам. Н-да, красавец, ничего не скажешь.

Выстрелив еще два раза, я попал, благо места в камере было не так уж и много, и каждый мой выстрел явно разрушал его энергетическую структуру.

— Ну давай, тварь, иди сюда! — поманив его к себе, я усмехнулся. — Давай, давай, покажи, что ты можешь.

Рыкнув, Громов прыгнул. Это был прыжок хищника, не человека. Но именно такого я и ожидал. Резко присев на корточки, я одним импульсом отправил револьверы в ауру и создал световой меч. Конструкт опустошил мой источник наполовину, но когда он вонзился в грудь Громова, я ни капли не пожалел о том, что выбрал именно его. Две энергии вступили в противостояние, и свет потихоньку начал брать верх.

Правда, я на мгновение забыл про то, что эта тварь физически сейчас сильнее меня, за что и поплатился в следующую секунду.

Сильный удар по голове чуть не отправил меня в небытие, и только провидением я удержал свое сознание в теле. Схватив одну из лап твари, я потянул демона на себя, погружая световой меч еще глубже в его суть. Запахло горелым мясом, и этот запах на мгновение вернул меня в мой прошлый мир, там, где всё это было для меня обыденностью, а дальше тело сработало на автомате. Рывок, и шея Громова хрустит, а тело падает на меня сверху. Оттолкнув его ногами, я вскочил на ноги и выбросил в воздух световую паутину. Как раз вовремя, потому что демон уже собрался было улизнуть к себе. Но тонкие нити света врезались в его энергетическое тело не хуже стальных канатов. Тварь задергалась, пытаясь вырваться, но тщетно. Паутина работала идеально, а дальше мне пришлось сделать то, что я не любил никогда.

Вычленив демоническое ядро, я схватил его левой рукой и начал медленно сжимать, одновременно с этим направляя остатки силы туда, дабы сжечь, развеять по ветру суть твари. Не знаю, сколько длилась наша борьба, но в конце концов ядро лопнуло, и я почувствовал легкий укол в ладонь. Когда облако энергии исчезло, я сел прямо на пол и, прислонившись к стене, посмотрел на тыльную сторону левой ладони. Черная точка, первая черная точка. Неужели всё будет как и в прошлом мире? Неужели я опять получу эту проклятую метку? Впрочем, плевать. Главное — не дать этому миру пройти через то, что прошли мы.

Поборов слабость, я поднялся и подошел к телу Громова. Так, придется немного намусорить, чтобы уничтожить тело, но других вариантов нет. Небольшим световым клинком я быстро изобразил на полу нужные руны, а дальше перетащил тело в самый центр круга. Капли силы хватило, чтобы тело Громова превратилось в пепел, вот только кое-что не сгорело. Присмотревшись, я понял, что это самая обычная веревка. Твою ж, а она откуда тут взялась?

Присев на корточки, я аккуратно коснулся ее и тут же получил сильнейший удар. Тряхнуло так, словно я попал в эпицентр магического источника. Правда, энергия внутри этой штуки была настолько темной, что мне почти сразу поплохело. А ведь оставить ее вот так я не могу, такой силы артефакт заметят очень, очень быстро. Вариантов у меня было не так уж и много. Взяв две вилки из арестантского набора, я схватил веревку и выбросил ее в унитаз. Нажав на кнопку слива, я облегченно выдохнул, когда воронка затянула в себя эту дрянь. И откуда только Громов ее взял? Такое ощущение, что эту веревку пропитывали в темном источнике, ничего другого в голову мне не приходит. Впрочем, это и не важно.