Шрифт:
— Может, они просто не работают?
— Может, — криво улыбнулся Эдик, накручивая на палец клок волос, упрямо торчащий на макушке.
Одно время мы с друзьями спорили: этот клок торчит потому, что Вольный его на палец накручивает, когда озадачен, или наоборот, он от рождения торчит, а Эдик пытается его пригладить? Но гак и не решили, что было раньше — яйцо или курица.
— Чтобы увидеть с помощью визуализатора невидимое, нужно его, невидимое, иметь. А соседний отдел оболочку-невидимку не сделал, и неизвестно, когда сделает. Нанотехнологии — дело тонкое. Точнее, нанотонкое.
Я снял тяжелый шлем, положил на пустующий стул.
— То есть ты сделал вольтметр, но источника напряжения нет, поэтому измерять нечего, так?
— Так.
— Тогда зачем вы в шлемах ездите? А, бензин бесплатный, государственный! Ты и на дачу приехал, чтобы экспериментировать? И семью привез… Работа в выходные — как, в двойном размере оплачивается? — веселился я. — Может, и на меня трудовое соглашение оформишь? Так уж и быть, похожу полчасика в шлеме, хоть он и тяжелый!
— А вдруг американцы уже летают над Москвой и областью, невидимые для глаз и радаров? — прервал меня Эдик. — Или еще кто…
— НЛО — это невидимые летающие объекты! — немедленно придумал я новое определение. — Пришельцы, пользуясь невидимостью, многие сотни лет наблюдают за нами, потому что человечество — результат их эксперимента! И этот эксперимент еще не закончен!
— Мужики, вы чего там разорались? — показалась из-за розовой стены Валентина. — Что, ужин пора готовить?
— Нет еще, — отмахнулся Эдик. — У нас философский диспут.
— Хорошо, что не политический, — хмыкнула Валентина. — А то бы вы точно передрались.
— Ты зря ехидничаешь, — снова начал крутить клок волос Вольный.
— Папа, что это? — спросил неслышно появившийся Вовочка.
— Шлем… Для виртуальных игр. Ты иди, иди. Дай нам с дядей Валерой поговорить.
Дождавшись, пока сын исчезнет с веранды, Эдик продолжил:
— Все-таки проект закрытый, не стоит детвору посвящать. Еще выменяет шлем на велосипед… У него сейчас период такой — всем со всеми меняется. Чейндж называется. Недавно реальный новый велосипед на виртуальный меч для сетевой компьютерной игры выменял. Ну, ему Валька и всыпала! Однако давай сменим тему. Пиво кончается, а ты про свои дела так ничего и не рассказал. Как дети?
— Бездельничают. Вредничают.
— Жена?
— Пилит.
— Значит, в семье все нормально. На работе?
— Мы недавно Дюймовочку доносили.
— Что сделали с Дюймовочкой? — не понял Эдик.
— Доносили. Девочка родилась ну очень недоношенной — на пятнадцатой неделе. Кесарево, разумеется. Рост семнадцать сантиметров, вес триста пятьдесят граммов, почти в десять раз меньше обычного. Мы ее четыре месяца выхаживали, практически донашивали, вместо матери, а вчера выписали. Это тебе не визуализатор испытывать… на даче.
— Рад за тебя… и за Дюймовочку.
— Я тоже — и за себя, что смог, и за Дюймовочку, что выжила. Но тенденция тревожная: недоношенных детей все больше. Скоро бабы нормально рожать вообще разучатся.
— Главное — чтобы мужики не разучились нормально…
Эдик оглянулся, и не напрасно: Вовочка снова маячил за зеленой решеткой веранды, увитой диким виноградом.
— Сын, ты зачем здесь?! Гуляй, гуляй! Рано тебе еще взрослые разговоры слушать.
— А что мужики должны нормально?
— Пиво пить. Топай, топай… А мы с тобой еще бутылочку… Хлопнула пробка.
— Мужики тоже скоро разучатся нормально… — Я не был уверен, что Вовочка отошел достаточно далеко, и последнее слово фразы проглотил вместе с очередным глотком пива. — Виагра, сиалис, левитра… что там еще? А ведь долговременные последствия не изучены. Неизвестно, к чему все это приведет.
— А к чему может?
— К тому же самому: недоношенных детей будет рождаться все больше.
— А вы будете вынашивать их совместно с матерями, а потом и вместо них.
— Есть теория, что человек — это зародыш обезьяны, получивший способность к половому размножению. Все особенности анатомии человека можно объяснить продлением ювенильной стадии развития и задержкой наступления зрелости.
Я сделал паузу, посмотрел сквозь стакан на кучевое облако.
Интересно, Вольный знает смысл термина «ювенильный»? Это ему за метаматериалы!
Эдик подумал, помолчал, отхлебнул пива.
Ладно. Продолжим ликбез.
— Отсюда — плоское лицо без развитых надбровных дуг, неравномерное распределение волосяного покрова, длительный и мучительный период прорезывания зубов. Человек — это недоношенная обезьяна.