Не сложно. А с Алексеем Ивановичем ты не пропадешь. Да. Что молчишь? Нечего возразить?

— Хорошо все же, Сережа, что ты от нас уходишь.

— Надюша, а ты, никак, обиделась? Ой, нехорошо, я же пошутил, а ты обиделась.

Сергей галантно поклонился ей посреди танца и подвел к столу. Виртуозно открыл бутылку шампанского и, наполнив до краев бокалы, провозгласил:

— Ну а теперь не грех и за мою удачу выпить. А? Господа? Выпьем за мою удачу! И чтобы все до дна! Я слежу.

Надя хотела поставить бокал, но Сергей взглянул на нее и погрозил пальцем:

— Вижу-вижу, как ты желаешь мне удачи.

Надя допила и, пошатнувшись, облокотилась на Алексея Ивановича. Чтобы как-то объяснить ему свое движение, она предложила:

— Потанцуем?

— Конечно, Надюша.

Танцевать с Алексеем Ивановичем было труднее, чем с Сергеем, нужно было следить и за ногами, и за руками.

— Алексей Иванович, хорошо бы, чтобы и Толя от нас уволился. Зачем он нам, правда?

Алексей Иванович усмехнулся:

— Ну вот, работали-работали, а теперь зачем он нам.

— Он же объекты будет уводить от нас!

— Ну, прямо так и уводить! Большие не уведет, а маленькие… боге ними.

— Какой вы, Алексей Иванович, добренький.

— Надюша, а ты покушать-то успела? Весь же день на ногах!

Алексей Иванович, не слушая возражений, подвел ее к столу и стал накладывать в тарелку.

Около стола сидел Андрей и во все глаза смотрел на нее.

— Андрей, а ты что не ешь? Давай за компанию, — сказала Надя, подцепляя грибок.

Подошли Сергей с Анютой.

— Ребята, как мне вас будет не хватать! Андрюха, выпьем со мной, прошу тебя. — Сергей наполнил бокал, стоящий перед Андреем.

Надя знала, что Андрею лучше не пить, она взяла его бокал и чокнулась с Сергеем:

— Сережа, за тебя! Анюта, присоединяйся.

Аня выпила и увела Сергея танцевать.

Андрей предложил:

— Потанцуем?

Надя чувствовала, что у нее земля уходит из-под ног. Она положила Андрею руки на плечи, а голову на грудь, и он осторожно повел ее в такт музыке.

Что было потом, она толком не помнила.

Множество раз Сергей предлагал выпить, она пила, с кем-то танцевала. Иногда с ним. Он загадочно заглядывал ей в глаза и двусмысленно подмигивал:

— Молодец, Надюша. Я восхищаюсь тобой. Из простой секретарши в финдиры, это, я скажу, не шутки. Так держать! Выпьем за тебя!

Закончилось тем, что она перебрала спиртного. Всем было весело, никто ничего не замечал. Ей не хотелось вызвать переполох и испортить вечеринку. Когда еще представится возможность пообщаться в нерабочей обстановке? Она прошла в темную приемную, чтобы отдышаться в одиночестве, и заметила, что в кресле кто-то сидит. Андрей. Ее вдруг качнуло, и она чуть не упала к нему на колени.

— Надя, что? — он осторожно поддержал ее.

Она приложила палец к губам:

— Тс, тихо. Мне плохо.

— У тебя что-то болит? — наивно спросил он.

— Меня тошнит, — она с трудом улыбнулась, — перепила, понимаешь.

— Ты? — удивился он.

— А что, я не человек, что ли? — Надя закрыла глаза и зажала рот рукой.

— Пойдем в туалет.

Андрей подхватил ее своими сильными руками и почти донес до туалета. Никто ничего не увидел.

— Сунь палец в рот.

Ей было ужасно стыдно. Но Андрей вел себя около нее как заботливая нянька. Он даже включил рядом в раковине воду, чтобы не было слышно ужасных звуков, которые она временами издавала.

— Боже мой, какой кошмар, — только и смогла проговорить Надя и снова припала к бачку унитаза.

Кто-то прошел мимо туалета и по ошибке выключил свет. Надя прикрыла глаза и вдруг почувствовала, что Андрей гладит ее по голове, как маленькую.

— Тебе не противно? — шепотом спросила Надя.

— Совсем нет, у тебя волосы как шелк…

Надя наклонилась над раковиной и умылась.

Андрей стоял за ее спиной, и от него исходило тепло, тянуло как из печки. Хотелось не отодвинуться, а приблизиться, рядом с ним было очень хорошо, и переставала кружиться голова. Он подвинулся к ней чуть-чуть, на полсантиметра. Но она услышала эти полсантиметра. И не отодвинулась. Было темно, тихо, и она отчетливо слышала глухие удары его сердца в грудную клетку. Надя помимо воли откинула назад голову на его грудь. Он опустил свое лицо в ее волосы. Теперь их сердца стучали вместе, и почему-то казалось, что они куда-то летят. Наверное, это так бродил в ней алкоголь.

Андрей наклонился и поцеловал Надю в затылок. Губы у него были осторожные и мягкие, как у лошади. Она почувствовала, что ее сердце подпрыгнуло и стучит уже прямо в горле. Ничего подобного она раньше никогда не испытывала. Или это оттого, что она слишком много выпила?

— Андрюша, милый…

— Надя…

Они разговаривали прерывистым шепотом, потому что страсть забила горло. И разговаривали только для того, чтобы как-то отвлечься от неодолимого желания.

— Знаешь, ты мне всегда очень нравилась…