— Мираж?!

— Фотомуляж, если быть точным. Объемное изображение, вставленное в «рамку» силового поля.

— Твоя игрушка? Здорово!

— Дипер — не игрушка. Я воевал с ним. Если хочешь знать, я в человека выстрелить не могу — прививка, о которой я тебе говорил. Командиру я сказал, что псих, напомнил, где меня подобрали, поэтому шмассер мне не доверили. Зато я устраивал фрицам такие представления, настоящий театр теней! Те палили либо в воздух, либо по своим же. Из рейдов мы возвращались практически без потерь. Правда, мне пришлось кое в чем раскрыться командиру. Ему я поведал, что я инженер, работал в области новейшего кино, и «волшебный фонарь» — одна из разработок.

— Поверил?

— Во всяком случае, с расспросами больше не приставал. И другим запретил. Видно, что-то почувствовал, лейтенантик мой! Он ведь окончил до войны физмат.

Славик передернул плечами.

— Мороз по коже, как подумаю, сколько вас, «девочек из будущего», по миру бомжует!

— Почему девочек?

— Это книжка такая. Фантастика.

— Ясно. Только ты ошибаешься. Дипер давно бы пискнул, появись сейчас в вашем времени кто-нибудь вроде меня.

— А кто же тогда америкашек «тарелками пугает»? Пушкин? Я где-то читал, что у них, у американцев, это дело изучается серьезно. Наука есть — уфология. Слышал о такой, Толян?

Тот усмехнулся:

— Наука — это хорошо. Подкину им в поощрение еще три-четыре «тарелочки». Пусть изучают феномен!

— Зачем тебе это?

— Славик, ты вот книжки читаешь. Приключенческие. Что делают люди, потерпевшие кораблекрушение и оказавшиеся на необитаемом острове?

— Бросают в море бутылки с запиской!.. О, я понял! Эти твои миражи-муляжи могут плавать по времени, как бутылки по океану. Верно?

— Не совсем. Фотомуляжи перемещаются вдоль магнитных силовых линий планеты. Я создаю их в Утонске, и они разлетаются по всему миру. К сожалению, «тарелки» не существуют долго — разряжается силовое поле.

— Гм-м. Тогда какой смысл людей пугать?

— Понимаешь… НЛО — это сенсация. Газеты трубят! Статьи журнальные появляются! Вон, ты говоришь, книги по уфологии… Представь себе, что какой-нибудь скрупулезный историк из моего времени сидит над пыльными архивами. И вдруг — это! Мои «тарелочки»! Историк смекнет, что здесь что-то не так. Не могли люди двадцатого столетия создать подобные вещи! Возможно, что снарядят экспедицию. Вот почему я так экономлю энергию в дипере.

Он умолк, вопрошающе взирая на товарища. Тот, хлебнув из кружки, пожевал мокрыми от браги губами.

— Фантастика! — пробормотал бородач. — Славик Федотов собственными глазами видел звездный корабль! Писаки-фантасты могут отдыхать!

— Это не звездный корабль был, Славик.

— Да? Жаль. Значит, суперсамолет. Все равно интересно.

— И не самолет.

— Толян, ей-ей, ты не волнуйся. Славик Федотов умеет хранить тайны!

— Да нет тут никакой тайны, Славик. Ты видел обыкновенный янгер в масштабе один к двум тысячам.

— Ян…

— Янгер. Промышленное производство этих штучек было налажено как раз накануне моего старта. Так уж совпало.

— Черт возьми! Ты хочешь, чтобы у меня закипели мозги!

— Я же тебе говорю — это янгер, «омолодитель лица». Ни одна уважающая себя женщина не выйдет из дома, не имея янгера в сумочке. Точно так же, как ваши дамы не отправятся в гости, на работу или в театр без губной помады!

Владимир ЗЕНКОВ

ЗЕМЛЯ НЕЗНАЕМАЯ…

историческое расследование

О Русская земле! Уже за шеломянемъ ecu!

Зима была малоснежной. Злая поземка вилась по невысоким вылизанным сугробам, срывала фонтанчики колючего снега, раскачивала сухие травы. Маленькое негреющее солнце лениво всползало на ярко-голубой небосклон. Морозный ветер жестоко стискивал лицо, от него слипалось в носу и перехватывало дыхание.

Трое взлетели на гребень невысокого холма, спешились, прячась за молодым сосняком. В распадке лежала деревня — домишки из кривых дубовых бревен, очеретяные крыши, скудные дымки из волоковых окошек.

Один из троицы, совсем молодой еще, скуластый, черноглазый, с остренькой, тщательно подбритой бородкой, сдвинул на затылок рысий треух, подобрал полы стеганого дорогого халата и полез в неглубокий сугроб. Осторожно выглянул из-за лапника и тут же возвратился. Тщательно сбил снег с войлочных расшитых сапог, повернул к спутникам смуглое лицо с красновато-коричневыми плитами здорового румянца, белозубо ухмыльнулся: