— Ты только не увлекайся, пожалуйста, а то дачу спалишь, — предупредил Мотин. — Они, если с десяток собрать, атомную электростанцию заменят.

— А… как ты их сделал?

— Нашел, — честно сказал Мотин. Врать он не любил и не умел, и за это всегда получал «по мозгам». Получил и сейчас. Гоша встал на четвереньки и принялся благим матом орать на Мотина. Кричал он минут пять, правда, если отжать эмоции и безыскусные американские ругательства, смысл всего этого ора сводился к одному вопросу: где?

— В будущем, — снова честно сказал Мотин. — Я вначале налегке мотался и редко, — быстро заговорил он, чтобы Гоша опять не принялся орать, — потому что мои аккумуляторы были на всю кабину, места оставалось только вот так, — он свел ладони вместе, — и то под самым потолком, калачиком. А потом нашел эти штуки, разобрался. Теперь даже вдвоем или втроем можно, и часто. Хочешь?

Гоша все это время хотел поорать, его просто распирало от крика, но, услышав последнее слово, он засипел и сдулся, как шарик. Потрогал теплую пластину и сказал:

— Хочу.

3.

С настройкой Мотин не мудрствовал, выбрал обычную, на какой сам ходил. Машина проявилась в том же полдне безвестного дня безвестного года через семь тысяч лет от Рождества Христова. Только через час после того, как здесь побывал, — может, фантасты и врут про парадоксы путешествий во времени, но Мотин на всякий случай не стремился встретиться с самим собой. Мало ли что.

— Чего это у тебя трясет, как в рыдване? — ошалело спросил Гоша, который даже в такой ситуации оставался технарем. — Ты гироскоп пробовал ставить?

— Пробовал, там какая-то другая беда, — сказал Мотин и отщелкнул шпингалет на дверце. — Вот, смотри, прилетели.

Гоша посмотрел.

— Черт ты полосатый… — наконец с выражением сказал он. — А там что?

— Там — лес.

— Лес… — зачарованно повторил Гоша. — Это же пальмы, да?

— Вроде того. Я в лес почти не заходил — там зверики.

— Мотин, ты — гений! — восторженно прогудел Гоша. — А в городе ты бывал?

— Да конечно, сто раз. Он вон там, метров сто — двести.

— Где? Подземный, что ли?

— Ну, как сказать… Что-то — на поверхности, что-то — под землей… Ну, развалины, в общем. Я же рассказывал.

— Мотин, — строго сказал Гоша. — Я про нормальный город. С нормальными домами. С людьми. Ты же Бог знает сколько сюда мотаешься — пора контакт устанавливать с потомками! Не все же по свалкам бродить!..

Мотин внимательно огляделся — не трусит ли мешок с зубами? — и сел в траву.

— Не с кем здесь контактировать, Гоша. Вся Земля — большая свалка. Сгинуло человечество. Давным-давно и без возврата.

— Та-ак… — Гоша сорвал травинку, понюхал и стал жевать. — Ну, а отчего? Доигрались с экологией? Или все же война? Ну, чего ты молчишь? Не знаешь?

— Знаю, — обреченно сказал Мотин. — Я ведь в первый раз сразу на двенадцать тысяч лет вперед махнул. Чтобы посмотреть, какое будущее нас ждет. Не завтра-послезавтра, не через год, а именно Бог знает когда. Считал же кто-то из западных, будто технологические цивилизации живут в среднем не больше шести тысяч лет…

— Это фон Хорнер считал. И не шесть, а шесть с половиной.

— Не важно. Вот я и хотел проверить: будет человечество жить или нет. Думал, тут дома из хрусталя и злата… А вылез — лес, еще чуднее этого, бурелом кругом, зверики через него продираются… Я вначале подумал, что в заповеднике очутился. Сменил настройку, ушел в десятитысячный год — и там то же самое, только вместо леса берег озера и зверики грызутся друг с другом. Потом опустился в четырехтысячный. Там и нашел последние города. Мертвые уже, давно разрушенные. Я еще не знал, что там тоже опасно, полез сдуру. Меня на третьей ходке так шарахнуло из какой-то пушки, что я сутки без сознания провалялся. Это счастье, что все проржавело, а то, Гоша, хана бы мне случилась. Но кое-что я нашел и понял.

— Что понял-то?

Мотин опять вздохнул, тоскливо и Глубоко.

— Это зверики нас уничтожили.

4.

Пауза длилась с минуту. Наконец Гоша выплюнул травинку и цвиркнул сквозь зубы.

— Мотин, ты это всерьез? Их же, говорил, можно как в тире отстреливать — еле ползают.

— А мимикрия? Ты видел, как они в людей превращаются? Пока он на тебя не кинется, не поймешь. Да и раньше они более энергичные были, честно. Наверное, им земная пища не впрок идет. Хотя человечество сожрали начисто.