— Он внушил парню, что наступит шестнадцатое число, и тот пойдет Лисицына убивать.

В салоне машины повисла тишина. Эти трое не поверили бы Потемкину, если бы они его не знали с давних пор. Но они на гастролях были рядом с ним, присутствовали на сеансах и многократно видели, что гипнотизер способен вытворять со взрослыми и еще каких-то полчаса назад вполне вменяемыми людьми. Так что им до того, чтобы поверить, осталось совсем чуть-чуть. Надо было только осознать услышанное. Оправиться от первого шока.

— Но это точно? — неуверенно спросил Шварц. — Он в натуре мочить пойдет?

— Пойдет! — сказал Потемкин. — Я в гипнозе понимаю кое-что, вы сами имели возможность убедиться. И я знаю, я на все сто процентов уверен: наступит шестнадцатое, и он пойдет убивать! Как робот! Он даже не поймет, что он творит! Придет к этому Лисицыну и убьет его!

Китайгородцев приехал на кладбище, когда рассвело. При входе продавали цветы. Он купил немудреный букет, чтобы быть похожим на пребывающего в скорби посетителя.

Где искать — этого он не знал. Была мысль обратиться в администрацию кладбища, но, когда прошел за ворота, к нему приблизился насквозь промерзший на студеном ветру сухопарый дядечка в очках и неуверенно предложил:

— Экскурсию желаете? Самые известные захоронения. Высоцкий, Есенин, Андрей Миронов, Листьев Влад и много кто еще. Останетесь довольны.

Его смущал букет в руках Китайгородцева. Может, на родную могилу человек идет, но только странно: те, кто здесь уже бывал, ворота минуют уверенно, а этот не таков.

— Мне нужна могила генерала Лисицына, — сказал Китайгородцев.

— Лисицын, — протянул дядечка и закатил глаза, вспоминая. — Генерал!

Как будто осенило.

— Да, генерал, — подтвердил Китайгородцев.

— Кажется, знаю. Не уверен твердо. Если что-то напутал — не взыщите. Сюда прошу!

Пошли по расчищенной от снега дорожке.

— Захоронений много, — говорил Китайгородцеву провожатый, то и дело к нему оборачиваясь. — Но люди в основном известными могилами интересуются. Специально приезжают, даже из других городов. Поэтому я и говорю вам: могу напутать что-то. Но вроде здесь она.

Зрительная память его не подвела. Свернул с дорожки, пошел между могилами, где не расчищено и не протоптано, благо снег еще был неглубокий, и очень скоро вывел Китайгородцева к черному памятнику с портретом человека в военной форме. Звезд на погонах было много. Настоящий генерал. Лисицын Георгий Александрович. Судя по дате смерти, он умер десять лет тому назад.

Китайгородцев положил цветы прямо на снег. А взгляд от портрета никак не мог оторвать. Этого человека он видел в том доме. Невозможно ошибиться. И поверить тоже невозможно.

Провожатый тактично напомнил о себе.

— Родственники бывают, — сообщил. — Приличные такие люди.

Он готов был удалиться, но рассчитывал на скромное вознаграждение своих трудов.

— А вы их видели? — заинтересовался Китайгородцев и вытянул из кармана бумажник.

— А как же!

— Наталья Андреевна, наверное…

— Вдова, — с готовностью сообщил провожатый, старательно не глядя на бумажник. — Пожилая женщина. Видно, что генеральша. Настоящая графиня.

Он точно описал вдову. Именно графиня. Другого слова и не подобрать.

— Сыновья опять же, — сказал дядечка.

Китайгородцев протянул ему пятьсот рублей, хотя еще секунду назад готов был расстаться только с сотней.

— А что за сыновья? — спросил он. — Их сколько вообще?

— Двое.

— Вместе приезжают?

— Порознь. Один редко совсем. Я и видел-то его раза два или три. Издалека он, не москвич.

— Это точно?

— У него машина из сорокового региона. Ну, на номерном знаке цифра есть, вы знаете.

— Знаю.

— У него там «40».

— Как же вы запомнили?

— Я сам сорокового года рождения. Просто отложилось в памяти.

— А машина какая?

— Я не помню, — сказал дядечка, приобретая виноватый вид.

— А здесь точно похоронен генерал?

— Простите, я не понял, — удивился собеседник.

— Может быть такое, что вместо генерала другого кого-то похоронили? Или даже никого. Пустая могила, предположим.

Дядечка выглядел озадаченным.

— Как же так! — сказал он. — Разве так бывает?

— Вы видели, как его хоронили? — спросил Китайгородцев.