— Оближи.

Она охотно прошлась языком по глубоким линиям на внутренней стороне его кисти и под солоноватый вкус кожи погрузила в себя палец.

Он вернулся к своему занятию, слушая её осторожные стоны и влажные звуки, с которыми её пальчик уходил внутрь.

— Давай в одном темпе со мной, Мин, — сипло попросил он, увеличивая скорость руки. — Теперь добавь ещё палец.

Амина выполнила. Дыхание сбилось. Терпеть сладкий натиск собственной руки становилось невыносимо, особенно когда перед лицом маячила та часть мужского тела, которую больше всего жаждала. Она первой прекратила себя ласкать. Перекатилась на бок, встала на четвереньки и потерлась щекой о его замершую ладонь.

Гена прижался членом к пересохшим губам и толкнулся бёдрами вперёд. Она облизнула его целиком, обхватила у основания тонкими пальцами и вобрала в рот крупную головку. Гена довольно заурчал. Собрал её волосы в пучок на макушке и потянул вверх, вынуждая смотреть в глаза.

— Хочу видеть, как ты меня заглатываешь. Сожми губы сильнее. Вот так, да-а. Глубже можешь?

Она попробовала. Гена надавил рукой на затылок, мешая отпрянуть. Пришлось приноравливаться и дышать носом. Она уже знала, что он любит глубокий горловой минет, и старалась угодить, впуская всё дальше.

Он выругался, резко вынул член и за подбородок подтащил к своему лицу. Наградил припухшие губы зализывающим поцелуем.

— Сегодня будем пробовать пожестче или сразу сделаем по моему?

Амина улыбнулась широко и искренне.

— По-всякому будем, — прошлась языком по небритой щеке. — Помнится, ты обещал мне небо в алмазах. Неужели уже сдулся?

Языком и губами она блуждала по его подтянутому телу, то поднимаясь к груди, то опускаясь почти до самого паха.

— У тебя презервативы есть?

— Что я слышу, Самойленко? — она не удержалась и заржала в голос. — Ты приехал ко мне без резинок?

— Да уж как-то так, — в притворном смущении проворчал он, заваливая её на спину.

— То есть на секс ты даже не надеялся? — ей показалась странной сама мысль о чем-то подобном. Потрахушки — разве не его второе имя?

— С тобой понадеешься, ага, — саркастически ухмыльнулся Гена и медленно скользнул внутрь.

Амина судорожно сглотнула, чувствуя неимоверную наполненность. Обвилась ногами вокруг его торса и похлопала руками между лопаток.

— Т-ш, здоровяк, не торопись. Порвешь меня изнутри.

Он медленно отступил, потом плавно толкнулся вперёд. Ей нравилось прижиматься к нему всем телом, чувствовать мельчайшие капли пота на его коже. Волшебные ощущения.

Постепенно она привыкла к его размеру, подстроилась под ритм и начала двигаться навстречу, прогибаясь так, чтобы он попадал в особую точку, от которой по всему организму расходились наэлектризованные всполохи чистой неги.

— Ты так кончишь? — шумно выдохнул Гена, вбиваясь в неё всё сильнее.

— Да, ещё немного, — она приподняла голову и поцеловала его, поймала язык губами и стала посасывать, вспоминая, как проделывала то же самое с членом.

Короткими ногтями она прошлась по всей спине, не царапая, а скорее лаская бархатистую кожу. Первые спазмы удовольствия оказались мощными. Она приподняла бедра и запрокинула голову, крича что-то бессвязное.

Амплитуда его движений стала резче.

— Подставь свои сиськи, когда буду кончать, — хрипло попросил Гена, и её окончательно сорвало.

Вонзив пальцы в идеальный мужской зад, она вытянулась всем телом и уплыла в царство ошеломительного оргазма. Жаркий прилив всё не прекращался, мышцы внутри словно с ума посходили. Гена упёрся кулаком в матрас возле её лица и брал её с такой силой, что голова мотылялась туда-сюда.

— Мин, сейчас.

Он вышел из неё со влажным звуком, навис сверху и в пару движений руки достиг пика. Амина с готовностью подставила небольшую грудь под горячие капли, а глазами жадно впитывала его реакцию на удовольствие. Ей понравилась хмурая морщинка между бровями и сцепленные челюсти, от которых на щеках проступили желваки. Гламурная красота плейбоя уступила место чисто мужской привлекательности.

Это был отнюдь не первый их секс, но первый, когда ей действительно всё понравилось.

Ослепительные лучи раннего летнего солнца скользнули с подушки на лицо. Амина поморщилась и перевернулась на другой бок. Где-то невдалеке затрезвонил мобильный. Она слепо выпростала руку из-под одеяла и пошарила по тумбочке.

— Алло, — хриплым ото сна голосом буркнула.

— Извини, что так рано. Не разбудил? — вежливо спросил Илья.