— Подождите секунду, мистер Колбринк, — сказал Стилвелл.

Колбринк выпрямился.

— Что такое? — спросил он.

Стилвелл доставал пару одноразовых перчаток из кармана ветровки.

— На парусных мешках отпечатков не осталось бы, — сказал он. — Но на крышке этого отсека могут быть. Позвольте мне открыть.

Колбринк отступил, и Стилвелл открыл люк, обнаружив два якоря с цепями и свёрнутым канатом.

— Ничего не пропало, — объявил Колбринк.

Стилвелл направил свет в люк. Два якоря казались идентичными тому, который использовали для утяжеления тела в гавани. Он хотел вытащить их для дальнейшего осмотра, но передумал. Несмотря на недавнюю уборку лодки, на якорях могли остаться отпечатки.

— Знаете вес и марку этих якорей? — спросил он.

— По двенадцать фунтов каждый, — сказал Колбринк. — Производит компания «Hold Fast».

Стилвелл кивнул и наклонился ниже, используя свет, чтобы изучить якори на предмет того, не новый ли один из них.

— Это что-то значит для вас? — спросил Колбринк.

Стилвелл проигнорировал вопрос.

— Мистер Колбринк, — сказал он. — Я дам вам свою визитку, чтобы мы могли оставаться на связи. Прошу вас не заходить на лодку и не пускать туда других, пока я не пришлю сюда техника-криминалиста.

— Вы же сказали, что улики уже исчезли, — сказал Колбринк.

— Я передумал. Особенно с этими якорями в отсеке. Вы открыли передний люк ключом. Вы привезли его с собой?

— Нет. Он висит на крючке в каюте у штурманского стола.

— То есть он всегда на лодке.

— Верно.

— А люк каюты не запирается?

— Обычно нет. У КЯК круглосуточная вооружённая охрана. Я никогда не запираю лодку. Так Дункан может прийти и проверить, не разрядился ли аккумулятор трюмной помпы.

— Не уверен, что понимаю, что это значит.

— Старые лодки, как эта, текут, сержант. Трюмная помпа выкачивает воду, чтобы лодка оставалась на плаву. Если помпа выйдет из строя, лодка может затонуть. Важно держать аккумулятор заряженным.

— Понял.

Стилвелл смотрел на якори и думал о хронологии. Прошло десять дней с тех пор, как в гавани Авалона происходили необычные действия, связанные с «Изумрудным морем». Если предположить, что эти действия включали перенос тела на кеч, а затем доставку из гавани в место, где его засунули в мешок, обмотали якорной цепью и сбросили за борт, то времени для замены якоря и мешка для паруса на дубликаты было достаточно.

— О чём думаете, сержант? — спросил Колбринк.

Стилвелл думал, что хотел бы, чтобы это было его дело, чтобы он мог сделать шаги, которые, как он знал, необходимы. Но он не сказал этого Колбринку.

— Я думаю, что хотел бы осмотреть каюту внутри, — сказал он вместо этого.

И он думал, что ему нужно поговорить с членом команды Колбринка и уборщиком, Дунканом Форбсом.

ТУ-ХАРБОРС БЫЛ не больше чем рыбацкая деревушка на перешейке острова. Там было несколько небольших независимых отелей, ресторанов и рынков, обслуживающих дома на склонах холмов, кемпинги и рыболовных гидов. Дункан Форбс, возможно, переехал туда, чтобы исчезнуть с радаров правоохранительных органов. На острове не требовались водительские права для управления лодкой или гольф-каром. Не нужна была и морская лицензия, если ты был членом экипажа у кого-то с соответствующей лицензией. И не было необходимости в банковских счетах и других электронных следах, если ты был подёнщиком, которому платили наличными за работу на воде.

Но с именем вроде Дункан Форбс он не мог полностью исчезнуть из системы. В компьютере криминального индекса шерифа было только два человека по имени Дункан Форбс. Один был семидесяти четырёх лет и жил в Сакраменто. У него была криминальная история, включая осуждения за домашнее насилие, вождение в нетрезвом виде и нападение на полицейского. Другой Дункан Форбс был тридцати трёх лет и находился в розыске по незначительному ордеру за нарушение условий пробации по аресту за марихуану до того, как Калифорния легализовала рекреационное использование наркотика в 2016 году. В полицейском жаргоне это был ордер на «куриное дерьмо», но он всё ещё был в базе, и это было всё, что нужно Стилвеллу, чтобы поговорить с частично занятым членом экипажа Мейсона Колбринка.

Вернувшись на остров в среду утром, Стилвелл отправил помощников шерифа Лэмпли и Рамирес на «Зодиаке» [24] шерифа в Ту-Харборс, чтобы найти Форбса, арестовать его по действующему ордеру и привезти обратно в Авалон. Они могли бы взять один из двух внедорожников шерифа, которые держали на острове для использования за пределами Авалона, но дорога до перешейка занимала вдвое больше времени, чем поездка на лодке, и Стилвелл не хотел терять время.

Пока Лэмпли и Рамирес выполняли его приказ, Стилвелл расчистил единственную комнату для допросов в участке, которая редко использовалась по назначению и стала скорее складом для офисных принадлежностей, а также местом для хранения потерянных и найденных вещей. Там были доски для паддлбординга, удочки, спасательные жилеты, ноутбуки и чемоданы, оставленные на причалах паромов. Картонные коробки содержали солнцезащитные очки, мобильные телефоны и кошельки, сданные за последний год или около того. У Стилвелла была стратегия для допроса Форбса, и он хотел, чтобы комната была чистой и пустой, когда они сядут лицом к лицу.

Когда комната была готова, Стилвелл связался по рации с Лэмпли, чтобы узнать время прибытия. Лэмпли ответил, что Форбс у них в наручниках, но они ещё не покинули Ту-Харборс. Они направлялись к «Зодиаку», что означало около тридцати минут пути.

— Были проблемы с ним? — спросил Стилвелл.

— Единственная проблема была в том, чтобы найти его, — сказал Лэмпли. — Здешние не хотели его выдавать. Но мы его взяли. Он говорит, что мы взяли не того человека.

Когда помощники спрашивали, зачем ехать в Ту-Харборс из-за ордера на «куриное дерьмо», Стилвелл рассказал им настоящую причину, но надеялся, что они не поделились этим с Форбсом.