— Когда это было?

— Как только она пришла. Опоздала на подготовку, как обычно, где-то в десять пятнадцать.

— Значит, ты был здесь так рано. Я думал, ты управляешь баром.

— Так и есть. Но по субботам в сезон у нас много работы, особенно когда сезон в разгаре. Бар открыт, когда работает ресторан.

— Какие у тебя обязанности как менеджера бара?

— Прославленный бармен. Я отвечаю за инвентарь и обслуживание, но и стою за стойкой — пять вечеров в неделю.

— Держу пари, такая женщина, как Ли-Энн, с ее манерами, собирала кучу чаевых. Кто-то ей завидовал? Ты, например?

Каллахан снова рассмеялся, его лицо покраснело, а нос стал еще пурпурнее.

— Ты что, не готовишься к делу? — сказал он. — У нас в клубе нет чаевых. Членам клуба запрещено их давать. На каждый счет накидывается двенадцать процентов. Они идут в общий фонд, который в конце месяца делится поровну между всеми сотрудниками. Эта девчонка жаловалась на деньги. Это полная противоположность тому, что ты думаешь, детектив.

Он произнес последнее слово с двойной порцией сарказма. Стилвелл пропустил это мимо ушей и задал следующий вопрос:

— Почему она жаловалась, если все получают равную долю?

— Потому что доля зависит от количества смен. Она работала три-четыре смены в неделю. Те, кто работает полный день, получали больше в конце месяца.

Стилвелл кивнул, показывая, что понял, и сменил тему, надеясь, что резкий поворот выбьет Каллахана из колеи.

— Что ты сказал ей в тот день, после того как Крейн ее уволил?

— Ничего. Я не видел, как она уходила. Она, наверное, не хотела, чтобы кто-то ее видел. Поэтому и вышла через парадный вход.

— Откуда ты знаешь, что она вышла через парадный?

— Потому что, если бы она прошла через кухню или ресторан, мы бы ее увидели.

— «Мы»?

— Все знали, что ее увольняют. Других причин вызова к боссу не было.

— Кто из членов клуба жаловался на нее?

— Жалобы шли к мистеру Крейну. Спроси у него.

— Где Ли-Энн Мосс жила на острове?

— Без понятия.

— Она с кем-то из персонала дружила? Может, с кем-то снимала жилье?

Каллахан покачал головой, будто разговаривал с ребенком.

— Ты не понимаешь. Ее здесь никто не любил. Никто не мог понять, зачем ее вообще наняли, кроме того, что она была красоткой. Но никто бы не пустил ее к себе жить. Это исключено. Мне пора вниз. У меня поставки. Был насыщенный уик-энд.

Каллахан встал, чтобы уйти.

— Сядь, Каллахан, — сказал Стилвелл. — Мы еще не закончили.

Каллахан медленно сел обратно, на его лице промелькнула злость. Ему не нравилось, когда им командуют. Стилвелл закончил допрос, но не собирался позволять Каллахану диктовать условия. Он сменил тон на более дружелюбный, надеясь, что это заставит Каллахана продолжать говорить.

— Спасибо за сотрудничество, — сказал он. — Последние вопросы, и ты сможешь заняться своим инвентарем. Что, по-твоему, Ли-Энн сделала со статуей черного марлина?

— Откуда, черт возьми, мне знать? — сказал Каллахан. — Наверное, она в ломбарде в Лонг-Бич. Но я тебе скажу, она украла эту штуку не для продажи. Она украла ее, чтобы показать средний палец этому месту.

Стилвелл кивнул, будто Каллахан сказал что-то важное.

— Последний вопрос, — сказал он. — Где, по-твоему, сейчас Ли-Энн?

Он внимательно смотрел в глаза Каллахана, ища признаки колебания или лжи.

— То же самое, — сказал Каллахан. — Откуда, черт возьми, мне знать?

Стилвелл долго молчал, надеясь, что разгневанный человек перед ним скажет что-то еще. Но Каллахан выдержал его взгляд и больше ничего не сказал.

— Ладно, мистер Каллахан, мы закончили, — сказал Стилвелл. — Можешь идти.

— Давно пора, — буркнул Каллахан.

Он встал и подошел к окну, чтобы взглянуть на гавань. Затем повернулся и бросил на Стилвелла холодный взгляд, прежде чем направиться к двери.

Стилвелл подождал, и через несколько минут в кабинет вернулся Крейн.

— Как дела с Бадди, сержант? — спросил он.

Стилвелл встал, чтобы вернуть кресло законному владельцу.

— Он был полезен, — сказал он.

Он достал из кармана визитку и положил ее на стол.

— Думаю, на данный момент у меня достаточно информации, — сказал Стилвелл. — Если вспомните что-то еще, что может помочь, вот мои контакты. Я сам найду выход.

— Я могу проводить вас, — предложил Крейн.