Идея казалась… рабочей.

Нужно будет набрать живицы и проверить.

Еда была почти готова. Запах рагу и каши наполнял дом, и мой желудок урчал всё настойчивее, а Грэма всё ещё не было. Но я не собирался есть без него.

Я вышел в сад проверить, как там мои растения. Подпитать их сейчас я не мог, прежде нужно восстановить живу, но проверить, пройтись и прикоснуться Даром хотелось. Жужжальщики кружились вокруг эволюционирующего живосборника и, скорее всего, пока нас не было, полакомились парочкой капель янтарной росы. Остальные растения их интересовали намного меньше. А ведь сегодня мы в том числе за живосборниками и шли, и не только за ними, но как-то уже стало не до того. Когда я остановился возле грядок с восстанавливающей травой то и не сразу заметил, что кое-что изменилось. Вернее, изменился один куст травы. Я присел возле него и начал всматриваться: изумрудные прожилки, словно покрытые крошечными кристалликами… они пульсировали и тянулись от корней к вершине.

Эволюционировала, — мелькнула мысль.

Еще недавно я отмечал про себя, что четыре куста восстанавливающей травы крупнее других и готовы со дня на день перейти на следующую ступень. И вот первый куст перешел.

У меня оставался один Анализ на сегодня, и я без сомнений использовал его именно на этот куст.

Анализ.

[Восстанавливающая Трава (Улучшенная)

Редкость: Уникальная

Стадия развития: Пробужденная

Описание: Восстанавливающая трава, прошедшая первую стадию магической эволюции. Кристаллические прожилки в листьях служат естественными накопителями живы, значительно увеличивая концентрацию активных веществ.

Свойства: Повышенная совместимость с другими ингредиентами при варке. Повышенная концентрация восстанавливающих веществ.]

Я медленно выдохнул. Описание отличалось от тех, что были у других растений, и не было строки про потолок эволюции, это значило что трава изначально обладала более высоким потолком развития, чем мята. Но самое главное, это ее новые свойства. Совершенно очевидно, что с ними я смогу создать новые варианты отвара. А если совместить все улучшенные ингредиенты с кровью саламандры, с каплями янтарной росы, и суметь добавить в существующий рецепт еще какой-нибудь усиливающий компонент — это будет уже нечто большее? чем тот старый восстанавливающий отвар. Это будет то, что сможет помочь сыну Рыхлого. И ведь другие растения тоже не стоят на месте — я всех их улучшаю.

Из раздумий меня вырвали шаги. Тяжелые шаги уставшего человека.

Я обернулся и увидел Грэма, медленно идущего к дому. Хоть шел он еле-еле, но это была походка победителя. Топор был за поясом, а на усталом и измученном лице играла улыбка.

Я быстро вышел наружу и помог ему дойти. Теперь уже можно было ни от кого не скрывать свою слабость, поэтому он оперся о меня и позволил помочь.

Шлёпа радостно загоготал, увидев хозяина. Даже волк Трана поднял голову и коротко гавкнул.

Грэм уселся на крыльце, а я быстро принес ему воды, которую он выпил одним длинным глотком.

— Стоило ли оно того? — спросил я, присаживаясь напротив. — Так надрываться?

Хоть я всё понимал, но не спросить не мог.

Грэм поднял на меня усталый, но твёрдый взгляд.

— Стоило.

А потом его губы дрогнули, и он добавил:

— Видел бы ты рожу Борга Секача. Уже ради этого одного стоило.

Грэм покопался в штанах и, вытащив руку, раскрыл ладонь. На ней лежало пять желтеньких монет. Пять золотых.

Огромная сумма!

— Так много?

Грэм ухмыльнулся.

— Сейчас повышенный спрос на броню, на оружие, на алхимию… Всё нужно, всего не хватает. — Он сжал монеты в кулаке. — Броню постоянно пробивают, схваток много. Охотники гибнут, снаряжение портится. Хорошая шкура на вес золота, а ржавозубый ящер — это очень хорошая шкура. Я подозревал, что так и будет. Но тоже ожидал меньшей суммы.

— Пять золотых… У нас уже было семь с продажи ромашек и отваров. С ящером теперь двенадцать. И ещё полтора Тран обещал за лунник и женьшень.

— Именно, — Грэм довольно кивнул. — Тринадцать с половиной. А долг — пятнадцать.

Он положил монеты на стол и посмотрел на них долго и молча. Я понимал, о чем он думает. Три золотых мы соберем, это не проблема. Семена, которые дал Тран, растут как ценные, так и те, что скоро мы отдадим на продажу. Всё это вкупе с отварами для гнилодарцев окончательно закроет вопрос долга.

— Этим ящером и его яйцами, — сказал он наконец, — мы выплатим долги.

— Это если яйца уцелели… — поправил я его.

— Ты их поставил у очага? — спросил Грэм.

— Конечно.

Грэм тяжело выдохнул. Так, будто наконец-то отпустил все тревоги и всю тяжесть долга одним выдохом. Только теперь я понял, как сильно на него давил этот долг — сильнее, чем черная хворь. Для него вернуть долг значило доказать, что он держит слово и отдает долги даже тогда, когда серьезно болен, и что его слову можно верить.

— А теперь, — он с кряхтением поднялся, — пошли есть. Я голоден как волк.

В ответ мой желудок издал громкое, почти неприличное урчание.