Тот напоминал, по сути, поддержание печати, только энергия направлялась не в посох, а в те предметы, которых Звездный маг касался и которыми орудовал во время процесса.

— Госпожа Тетрова! — воскликнул Ковертский, обращаясь к взмыленной и немного растерянной дочери владельца нескольких пекарен на Бальеро. — Срочно нейтрализатор! Вы, при добавлении серебра, рискуете устроить тут дымовую завесу!

— Да, профессор, — расстроенно проурчала обладательница забавных веснушек и надломила над чашей колбу с гасящим реакцию раствором.

Начиная со второго курса на каждой практической лабораторной работе у рабочей станции студента дежурил такой вот пузырек. Просто потому, что в отличие от первого курса, они готовили уже не столь безобидные субстанции. И ошибки в расчетах, в правилах безопасности или в банальных операциях с элементами, могли привести к весьма плачевным последствиям.

— Госпожа Риитова — блестящая работа, — похвалил профессор, подходя к Элле.

Немного нескладной, но миловидной девушке, которую нисколько не портили её жидкие волосы, под которыми она прятала слегка лопоухие уши. Элла всегда сооружала какие-то прически и выбирала только ту одежду, которые вместе подчеркивали её достоинства и маскировали недостатки.

А еще она была не то, чтобы дружна с Леей Моример, но весьма тепло с ней общалась. Попутно зазывая Бориса и Елену, ну и Арда заодно, на вечеринки. Порой, причем, только Арда, что вызывало у него неудобство из-за вынужденных отказов.

У него не так, чтобы имелось очень много свободного времени. А когда появлялось свободное окошко, то он предпочиталпроводить его с Тесс.

Арди, убедившись, что стрелки всех датчиков находятся в нужных диапазонах, полностью соответствуя формулам, потянулся к щипцам. Затем мысленно припомнил недобрым словом мутанта-крота и надел перчатки. И только после этого взяв щипцами тигель, поставил к нему воронку из Эрталайн и начал сцеживать расплавленное серебро. То медленно стекало в чашу смешивания, где сиреневым паром булькал отвар на основе Дубового Трилистника.

Серебро, погружаясь в него, тут же приобретало форму едва ли не идеальной сферы и делилось на сотни гранул.

— Выше всяческих похвал, господин Эгобар, — закивал стоявший поодаль профессор Ковертский. — Смотрю, вы не просто так отсутствовали почти месяц. Все же решили, что и моя скромная стезя научного познания достойна того, чтобы отточить в ней свое мастерство.

— Спасибо, профессор, — поблагодарил Ардан, не став отвечать на косвенный вопрос.

Правда в том, что он не ставил перед собой целью отточить навыки алхимии и, тем более, не особо продвигался в практическом применении формул. Просто задачи, связанные с их с Баженом и Борисом аптекой, заставляли Ардана довольно часто использовать навыки, полученные от волчицы. Ну и из-за природного любопытства он порой применял не простую алхимию Фае, а исследовал, что можно сделать со Звездной алхимией.

Так что, в каком-то смысле профессор Ковертский был прав. Часть времени Арда, посвященная исследованиям, теперь касалась и алхимии тоже. Не говоря уже о том, что у него на столе в Конюшнях лежали копии исследований, перехваченных у Кукловодов. А чтобы хоть немного в них разобраться, требовались знания и умения куда более глубокие, нежели те, которыми располагал, на данный момент, Ардан.

Так что и с этого фронта тоже приходилось потрудиться.

— Итак, — Ковертский, придерживая свой замызганный профессорский плащ, вернулся за кафедру. — У всех, у кого получилось сделать Серебряную Пыльцу, прошу к проверке.

После охлаждения субстанции в чаше студенты, а если быть точнее — студентки и Ардан, вооружились специальными дуршлагами и слили отвар. Сбросив по нескольку гранул в конверты, они по одному подходили к расставленным около кафедры литровым бочонкам с мутной водой.

Серебряная Пыльца часто использовалась теми же Охотниками на Аномалии из-за своих крайне полезных свойств. Один грамм гранул позволял обеззаразить и очистить сто миллилитров воды.

Ардан сбросил ровно десять грамм в бочонок, куда, казалось, выплеснули нечто тошнотворное из ближайшей канавы. В воде плавало что-то коричневое, а на дне и по стенкам осела даже не взвесь или речной ил, а что-то куда более мрачное.

Но стоило гранулам погрузиться в воду, как их темная оболочка лопнула и десятки ярких, серебристых лучей закружились сверкающим вихрем, внутри которого угадывались очертания трилистника. Светящиеся нити, пародируя рыболовные сети, проносились по водной массе, а затем вновь собирались внутрь самих себя.

Спустя несколько мгновений на дне бочонка, наполненного кристально чистой, прозрачной водой, лежали разбухшие, темные гранулы. Если раньше те были не больше бусинки, то теперь могли спокойно сойти за подшипник.

— На этом мы и начнем наше знакомство с Алхимией Твердых Материалов, — Ковертский уже погрузился в собственные бумаги и почти не обращал внимания на происходящее. — К следующей лекции советую прочитать указанную мной ранее вводную главу соответствующего труда. На этом все.

На часах до окончания лекции оставалось еще десять минут, но на лабораторных работах часто случалось так, что студентов отпускали раньше. Ардан, вернувшись за рабочую станцию, снял перчатки и собрал все записи и пишущие принадлежности.