Ригьяд только потряс головой, осмысливая услышанное. Собственная затея с нападением на дракона в одиночку представилась ему несусветной глупостью.

— Твой отец, — сказал Торфинн, — несколько лучше понимал, как следует организовывать охоту на дракона, и пригласил меня, чтобы после того, как дракон будет повержен, я снял проклятие с клада. Я сразу согласился, но кое-какие дела не позволили мне прибыть вовремя. Собственно, это меня он и ждал, чем вызвал твой гнев.

Юноша тяжело вздохнул. События той ночи казались ему невероятно далекими.

— Когда я прибыл в замок, граф только что вернулся с охоты. Он был вне себя от горя и рассказал мне, что произошло. Тогда я предположил, что второй дракон, напавший на охотников, — это был ты. Торгад, отказывавшийся поверить в твою смерть, начал умолять меня помочь и расколдовать тебя. Я согласился после долгих колебаний, так как никто и никогда не делал подобного ранее. Я проник в подземелья и нашел тебя, только для этого мне пришлось принять облик змеечеловека. Этот народ живет далеко на юге и, насколько известно современным мудрецам, является единственным, кому удается ладить с драконами.

— Вы можете принять любой облик?

— Нет, не любой. Но кое-что могу. Все-таки я изучаю магию более двадцати пяти лет, — усмехнулся Торфинн, затягиваясь трубкой. — Я бы мог также создать иллюзию, но побоялся; мне казалось, что драконье зрение способно будет проникнуть сквозь любой фантом.

— То есть этот тип Ярри… это были вы?

— Ну да. Я подобрался к тебе максимально близко и лихорадочно искал способ сделать тебя человеком.

— И как же вам это удалось? — заинтересованно спросил Ригьяд.

Маг медленно покачал головой.

— Я тут ни при чем. Неприятно признавать свои ошибки и неудачи, но я так и не сумел ничего придумать.

— Но что же… как же…

— Есть у меня догадка. Как помнишь, твой маленький приятель пострадал в бою, и ты очень переживал. Тогда я рискнул помочь. Все мои магические инструменты находились здесь, и я решил принести сюда дракончика и вылечить его. Это было великолепно — вылечить дракона! Ну вот. Когда ты не смог протиснуться в очередной туннель, то начал говорить о своих сокровищах, о том, что они не нужны тебе…

— Да, я помню это.

— Мне кажется, — сказал Торфинн, — что именно сокровища и превращают человека в дракона. Власть золота над разумом становится безгранична, существо помышляет лишь об этих драгоценностях и о том, как уберечь их от воров. Тогда и происходит превращение. В таком случае понятно, что для обратного превращения необходимо сознательно отвергнуть эти сокровища, а сделать это ой как не просто. Думаю, если бы я начал тебя уговаривать, ты бы просто разорвал меня на куски. Так что если бы не твоя привязанность к этому малышу, не знаю, стал ли бы ты человеком.

Ригьяд вновь посмотрел в сторону спящего дракончика. «Спасибо тебе, Икка», — подумал он.

— Что же нам с ним делать? Я не могу оставить его здесь, он еще мал! А я слишком многим обязан ему… — сказал Ригяъд уже вслух.

— Придется взять его с собой и ухаживать за ним. Это посложнее, чем следить за лошадьми, но, думаю, ты справишься. А если он захочет уйти, когда подрастет, то отправим его к горцам. Эти племена поклоняются драконам, и он сможет жить там в полной безопасности, — предложил Торфинн.

— Так и поступим, — произнес Ригъяд. — А теперь можно отправляться домой, я уже достаточно окреп.

— Пойдем, — согласился Торфинн. — Кстати, Ригьяд, у меня будут к тебе вопросы. Много вопросов. Я хочу знать все о том, каково это — быть драконом.

Он встал, подождал, пока Торфинн соберет все свои вещи, забрал у него один из заплечных мешков, пристроил его за спину, затем подхватил спящего дракончика на руки и осторожно вышел из пещеры.

Пещера открывалась на пологий склон не слишком высокой горы. Ригьяд с удивлением обнаружил, что наступила зима. Ослепительно белый снег покрывал гору и сбросившие листву деревья ниже в долине. Заходящее солнце красило алым вершины холмов. Он с удовольствием вдохнул свежий холодный воздух, поудобнее перехватил свою драгоценную ношу и зашагал вслед за магом, спускавшимся в долину.

Кирилл БЕРЕНДЕЕВ

АЗАИЛ И ЭСМЕРАЛЬДА

рассказ

Девушку звали Зайчук, Эсмеральда Викторовна. Родилась и прожила первые восемнадцать лет она в государстве Украина, из них семнадцать — в городе Бахмач, ничем, кроме завода химического машиностроения и молококонсервного комбината, среди других городков востока страны не выделявшемся. Хотя заводской восток Украины мало этим смутишь. Вот, правда, Тэффи в дни революционной смуты начала двадцатых написала о нем несколько строк, да и то неоднозначных, в свойственной ей иронической манере: