Шрифт:
«Может быть, вы испытываете жажду? Прошу вас, не стесняйтесь», — указал Ярри на озеро.
Прежде чем дракон успел ответить, Икка подошел к воде и начал пить.
«Спасибо», — поблагодарил он хозяина.
«Не стоит благодарности».
«Мы, пожалуй, пойдем», — все-таки заявил дракон, косясь на Икку.
«Так скоро? — Ярри страшно расстроился. — Прошу вас, останьтесь, мне здесь совсем одиноко».
«Нет, нам действительно пора».
«Жаль, очень жаль. Непременно приходите еще!»
«Спасибо. Но и вы могли бы приходить к нам», — предложил он и тут же пожалел об этом, но было уже поздно.
«О! Благодарю! Я непременно воспользуюсь вашим великодушным предложением! А где же вы изволите проживать?»
Дракон, не совсем хорошо понимая, зачем он это делает, подробно рассказал новому знакомому, как найти их пещеру, еще раз попрощался и вышел, подталкивая замешкавшегося Икку перед собой. На обратном пути малыш помалкивал и, только когда они уже подошли к сокровищнице, неожиданно поведал: «Ярри хороший. Он мне понравился. Давай с ним играть?»
«Хороший? Он и вправду тебе понравился?»
«Да. Он славный. Не такой, как ты, конечно, но тоже хороший. Мы будем с ним играть?»
7
Центром жизни дракона является его сокровищница. Драконы приходят в ярость, когда кто-то пытается посягнуть на их золото. Торфинн, сын Калликса. «Трактат о драконах»
Итак, отныне у них появился новый товарищ по играм. Ярри, воспользовавшись радушным приглашением, приходил в гости довольно часто. Видимо, ему и в самом деле было очень скучно в своей пещере. Ярри охотно бегал наперегонки с Иккой, пытался карабкаться по стенам (что у него получалось намного хуже, чем у малыша) и с удовольствием играл в прятки. Поначалу дракон не доверял ему и пристально следил за каждым шагом нового приятеля. Однако тот совершенно не выказывал интереса к сокровищам, а главное, не делал в отношении Ик-ки ничего предосудительного. Постепенно дракон успокоился, хотя оставаться в присутствии чужака полностью спокойным он так и не мог.
Ярри многое знал о жизни в пещерах и охотно делился своими знаниями. Он поведал им, как называются толстые (и вкусные) пожиратели грибов, что за пискуны живут под потолком большого зала и кем был тот здоровяк, которого дракон встретил на берегу озера. Ярри рассказал также, что предыдущий владелец сокровища прогнал из пещеры коротышек-цвергов, которые, по всей вероятности, что-то у него украли. Дракон одобрительно кивнул, так как сам ненавидел воров. Одно дело — честно, в открытом бою с сильным противником завоевать сокровища, и совсем другое — украсть их. Хуже воровства может быть только предательский обман, считал он.
Изредка драконы наносили Ярри ответные визиты. В этом случае он обычно предлагал пройтись по дальним залам и туннелям, поискать что-нибудь интересное. И нередко в таких прогулках им удавалось сделать какое-нибудь открытие. Однажды они забрели достаточно далеко и нашли несколько пещер, связанных между собой прямыми проходами. По мнению Ярри, эти пещеры кто-то создал и в течение долгого времени жил в них. Когда-то там был выход на поверхность, но сейчас он оказался прочно завален. Видимо, именно поэтому неведомые жители ушли оттуда. Может, это и были те самые цверги, но сейчас этого уже не узнаешь, сообщил он.
Зачастую подобные прогулки по подземельям длились весьма и весьма долго. Уйдя бродить по дальним пещерам, драконы возвращались в сокровищницу, только когда голод становился совсем уж невыносим, а никакой добычи не попадалось. Иногда, правда, Старшего охватывало беспокойство при мысли об оставленных без присмотра драгоценностях, доставшихся ему с таким трудом, и тогда он уговаривал Икку вернуться. Малыш, со своей стороны, никакого чрезмерного интереса к золоту не проявлял, хотя и любил поваляться на сокровищах после сытного обеда.
Однажды драконы отлучились особенно надолго. Втроем с Ярри драконы исследовали огромный зал, расположенный далеко от их пещеры, с необычно теплым озером посередине, многочисленными грибами и весьма странными обитателями. Старший неоднократно порывался вернуться, но друзья снова и снова уговаривали его задержаться еще немножко. В конце концов он не выдержал и попросту приказал Икке идти с ним домой.
«Я чувствую, что что-то случилось», — заявил он в ответ на недоуменные вопросы.
Обратный путь они проделали едва ли не на крыльях. Старший несся все быстрее и быстрее, изредка останавливаясь, чтобы дождаться малыша.
Дракон ворвался в сокровищницу и замер у входа, пристально осматриваясь. Нет, внутри никого не было, и он собрался уже испустить вздох облегчения, когда неожиданно ему в нос ударил неизвестный запах, тяжелый, на редкость неприятный.
Поначалу он с ужасом подумал, что сбылся его самый страшный кошмар — пещеру обнаружили они. С того самого момента, как Старшему удалось завалить вход в пещеру и поставить между собой и проклятыми охотниками за чужим добром непреодолимую (так ему тогда показалось) преграду, он побаивался, что они все-таки найдут другой путь в его пещеру. Дракон совершенно не стремился к новой встрече с ними, опасаясь, что не сможет одолеть этих многочисленных и коварных врагов. Поэтому любой запах, отдаленно напоминавший их зловоние, вызывал у него неподдельный страх.