«Не уходи больше. Мне страшно одному».

«Хорошо. Не бойся. Я всегда буду рядом», — неожиданно для самого себя ответил дракон.

6

Драконы не разговаривают, как разумные существа. Вместо этого они передают друг другу мысли и образы. Торфинн, сын Калликса. «Трактат о драконах»

Отныне Икка стал центром его жизни. Дракон кормил его, поил, играл с ним, учил его карабкаться по неровным стенам пещер и, расправив крылья, планировать на пол, прыгать и уклоняться от нападений — в общем, всему, что знал сам. Золото же, напротив, занимало его все меньше, и хотя он по-прежнему с удовольствием перебирал драгоценные предметы и лучше всего засыпал на груде сокровищ, необходимости постоянно быть возле них, как прежде, не испытывал. Малыш также не выказывал пока особого интереса к сокровищам, считая их не более чем удобным ложем.

Икка быстро становился сильнее. Хотя в размерах дракончик почти не менялся. Оставаясь все таким же маленьким, он заметно окреп. Уже на четвертый их поход за едой, Икка сам сумел оторвать кусок мяса от туши. От раза к разу малышу требовалось больше пищи, и дракон уже начал подумывать о том, где начинать охоту. Впрочем, на несколько трапез еды еще вполне хватало, а оставлять Икку надолго ему совершенно не хотелось. Малыш тоже боялся оставаться в одиночестве.

Во время игр они нередко забирались довольно далеко от пещеры, служившей им домом. Обитатели подземелий, издалека заслышав их приближение, старались спрятаться и не попадаться им на глаза, поэтому соседей они видели редко. Впрочем, оба понимали, что очень отличаются от других подземных жителей и не стремились заводить среди них новых друзей.

Во время одной из прогулок они забрели в огромную пещеру, находившуюся достаточно далеко от сокровищницы в западном направлении. Им не удалось разглядеть противоположную стену гигантского подземного зала, как они ни старались. В этой пещере было очень сыро, в середине журчал небольшой ручей, по берегам которого росли грибы — от крохотных, не больше коготка Икки, до колоссальных, под шляпками которых малыш мог поместиться целиком. Грибы слабо светились.

В этой пещере они обнаружили еще одну породу подземных жителей. Крупные создания, немногим уступавшие размерами слепому хищнику, встреченному им на водопое, но, в отличие от него, лишенные шерсти и хвоста, медленно бродили среди грибных плантаций, неторопливо предаваясь трапезе. Их там было около двадцати, взрослых и детенышей, и дракон с радостью подумал, что проблема пищи для него и Икки решилась сама собой.

Далеко не все вылазки в дальние уголки подземелий заканчивались благополучно. Неоднократно ему приходилось спасать малыша, упорно искавшего приключений — и находившего их с завидным постоянством, причем иногда Икка мог и погибнуть, например, когда решил самостоятельно научиться плавать или когда попытался слететь из-под потолка пещеры, но полностью развернуть крылья так и не смог.

Первый раз он по-настоящему испугался за Икку, когда тот наткнулся на огромную змею. Вместо того чтобы убежать, малыш попытался взлететь и напасть на нее сверху. Летал он все еще плохо и едва не попал к змее на ужин в качестве главного блюда. Старший, как дракон сам уже начал себя называть, успел прийти на помощь и оторвать змее голову.

Всякий раз после подобных приключений дракон отчитывал Икку и даже грозил, что запретит ему гулять за пределами сокровищницы, но долго сердиться на малыша, глядящего на него широко распахнутыми глазами, не получалось. Икка послушно обещал вести себя хорошо и некоторое время даже держал данное слово. Потом все начиналось сначала.

Однажды дракон и Икка отправились гулять по западному туннелю. Они порезвились в большой пещере, напугав живших под потолком писклявых летунов — Икка обожал их пугать, — и пошли дальше. Очередной узкий проход вывел их в еще одну пещеру, где также имелось озеро, но совсем маленькое. В нем не было рыбы, но зато из него брал начало ручей, убегавший куда-то на север.

И у этой пещеры был хозяин — покрытое чешуей существо не очень крупных размеров, ходившее на задних лапах и опиравшееся при передвижении на толстый хвост. Морда его напоминала физиономию Икки, однако глаза были маленькими и бесцветными. Крыльев у создания не было. При виде нежданных гостей житель отбежал к дальней стене, не выказывая особого страха — скорее, разумную осторожность.

Некоторое время все трое молча взирали друг на друга. Наконец хозяин пещеры несмело шагнул вперед и забавно склонил голову набок, желая получше рассмотреть пришельцев.

«Добро пожаловать! — в конце концов приветствовал он их. — Яргирух, к вашим услугам. Можно просто Ярри. Чувствуйте себя как дома».

«Спасибо, — осторожно ответил дракон, не слишком доверяя незнакомцу, несмотря на его чрезвычайно приветливый вид. — Простите за непрошеное вторжение. Мы не хотели вас беспокоить».

«Ну что вы, никакого беспокойства! Для меня это большая честь. Гости бывают у меня очень редко. Если честно, не бывают вовсе. Я и не знал, что в этих краях могут быть интересные жители. Сам-то я поселился здесь совсем недавно».

Хозяин пещеры прямо-таки излучал дружелюбие; казалось, ему очень хочется понравиться странным гостям, без приглашения забравшимся в его жилище.

Как дракон ни принюхивался, никаких подозрительных запахов не уловил. С тех пор как он стал владельцем сокровищ, самым страшным казалось столкнуться с ними, а потому, оказавшись в незнакомом месте, дракон первым делом пытался обнаружить их запах. Однако ничем похожим на них в пещере Ярри не пахло. И все-таки он ощущал некоторое беспокойство и счел нужным попрощаться побыстрее, но не успел.