— Я держусь подальше от ведьм, — холодно отвечаю я. — И нет, я уверена, что все, кто в этом замешан — люди.

Это логично. Если они ненавидят вампиров, они, вероятно, ненавидят ведьм и деймонов тоже.

— Если ты хочешь, чтобы я проверил базу данных…

— Это было бы полезно. Есть ещё одна пропавшая женщина по имени Мелисса Грик, которая тоже может быть связана с ними. Это может дать больше зацепок, — я жду ответа. — Что бы ты хотел взамен?

— Думаю, на данный момент я заключил достаточно сделок с дьяволом. Я посмотрю и дам тебе знать, если что-нибудь найду. Это не займёт много времени.

Я тереблю прядь своих волос.

— Спасибо. Я ценю это.

Фоксворти хмыкает.

— Я не смогу продолжать в том же духе, ты же знаешь. Николлс уже что-то подозревает.

Я не удивлена. Если бы она узнала правду, то, вероятно, слетела бы с катушек. Николлс никогда не любила меня. Даже до того, как я стала самоуправным мстителем, я уверена, что была первой в её списке жертв.

— Я понимаю, — тихо говорю я ему. — Но я хотела бы получить досье на Лизу Джонсон.

Пальцы Фоксворти крепче сжимают стакан. Если не считать этого, он никак не подаёт виду, что недоволен нашей сделкой.

— Сначала Хеллстром.

Я насмешливо приподнимаю бровь, как бы намекая, что не уверена, что доверяю ему. Фоксворти явно не в настроении шутить — по крайней мере, не со мной. Я вздыхаю и диктую ему адрес.

— Он будет не один, — предупреждаю я. — Он слишком осторожен для этого.

Фоксворти рассеянно кивает мне.

— Я полагаю, ты не собираешься рассказывать мне, как ты наткнулась на эту информацию?

— Я расскажу тебе, если хочешь, — я говорю серьёзно; я многим обязана этому грубому старому полицейскому, даже если отношения между нами сейчас на грани срыва.

Он качает головой.

— Возможно, не стоит, — он встаёт, выдвигает ящик стола и достаёт конверт из плотной бумаги. Он тонкий.

— Это всё?

— Это всё, что я смог достать за такой короткий срок.

— Я также хотела увидеть вещи, которые забрали из её комнаты, — напоминаю я ему.

— Бо, ты не поверишь, за какие ниточки мне пришлось потянуть, чтобы добыть тебе это. Будь довольна, потому что больше ничего не предвидится.

Я смотрю ему в глаза. Он говорит правду. Да будет так. Я откладываю папку в сторону; я просмотрю её, когда у меня выдастся тихая минутка, и я смогу уделить ей всё своё внимание.

Небо за окном уже начинает светлеть, и мои веки становятся очень тяжёлыми. Я потратила много сил, будучи подстреленной этой ночью. Мне нужно хорошенько выспаться.

— В комнате для гостей нет занавесок, — говорит Фоксворти. — Но у меня есть шкаф, в котором достаточно места, — он критически оглядывает меня. — Помогает и то, что ты размером с напёрсток.

Уголок моего рта приподнимается. Это была дружеская подколка?

— Это очень любезно с твоей стороны, — говорю я. — Я больше не буду тебя беспокоить, — я прикусываю губу. — Вот только…

Он вздыхает.

— Что? Я не могу помочь тебе с делом Лизы Джонсон. Оно не моё, и я и так слишком многим наступил на пятки.

— Нет, всё в порядке. Файл должен помочь. Это, э-э, машина на улице. Та, на которой я приехала сюда.

Его глаза сужаются.

— Что насчёт неё?

Я лезу в карман пиджака и достаю пачку банкнот.

— Мне нужно, чтобы ты положил это в бардачок и поручил патрульному вернуть её в Гайд-парк.

У Фоксворти отвисает челюсть.

— Ты угнала её?

— Я позаимствовала её.

— Ну, вот вам и величественная и могущественная избавительница Лондона от криминальных элементов, — говорит он с явным раздражением. — Насколько я помню, угон автомобилей — тоже преступление.

— Я компенсирую владельцу, — замечаю я. К тому же, очень щедро.

— И это должно что-то изменить?

— Да, — я вздыхаю. — Ладно, угонять её было неправильно, но мне нужно было увидеться с тобой, и у меня не было другого способа сделать это вовремя. Ты живёшь слишком далеко от станций метро, а я оставила свой мотоцикл дома.

Фоксворти качает головой.

— Что с тобой случилось?

Я не отвечаю.

— Можешь показать мне тот шкаф?

Гнев покидает его, и он печально смотрит на меня. По какой-то причине это гораздо хуже. Я избегаю его взгляда.

— Ладно, — говорит он наконец, — следуй за мной.

***

Это не самое удобное место, где я когда-либо спала, но и далеко не худшее. Большую часть дня я провожу, свернувшись калачиком в позе эмбриона на удивительно мягких полотенцах. Фоксворти, может, и типичный сварливый разведённый детектив, но он знает, как пользоваться кондиционером для белья.