Верещагин хмуро оглядел силовую верхушку Поморского Края и произнес:

— Ваше мнение, что с ними делать?

Отвечал за всех Михайлов, именно его люди и провернули большую часть тяжелой и грязной работы.

Генерал переглянулся со «смежником» и мрачно пробасил:

— Высшая мера, согласно положению. Всем без исключения и без апелляций.

Верещагин мотнул шеей, как будто ему мешал крепко завязанный узел галстука. Он поймал себя на мысли, что даже чуть похолодел от слов начальника Край УВД. Не совсем, значит, был готов к подобным изменениям в политической жизни государства.

— Господин полпред?

— Кхм, я доложу обо всем президенту. Пока заканчивайте следствие. И раз я приехал, давайте проведем завтра общее совещание силовых ведомств. Мне есть что вам сообщить, госп…товарищи.

Михайлов и Губарев снова переглянулись.

Через неделю после совещания все участники преступной группы были расстреляны в тайных местах. Ведь в северной губернии полно топких болот, которые долго будут хранить очередную государственную тайну. Многие из криминальных авторитетов, бывшие члены правительства и администраций, генералы МВД и ГБ до конца не верили, что их и в самом деле убьют.

Они считали, что это просто очередная перевозка в другое место для следующей очной ставки. Обычно подобные расследования со множеством фигурантов ведутся достаточно долго. Да и человеку свойственно не сразу привыкнуть к плохому. К тому, что мир окончательно изменился и далеко не в лучшую сторону.

Поэтому многие удивлялись, когда выходили из машин и видели густой лес, а рядом темнеющее в осенней грязи болото. Приговоренные, как сомнамбулы передвигали ноги к последнему пристанищу в своей земной юдоли, безропотно становились на колени. Их пробивала нервная дрожь в ожидании последнего удара судьбы, такого безжалостного и смертоносного. Но никто их жалеть не собирался.

Приговор приводили в исполнение добровольцы, из числа тех, кто уже опалился сражениями Чумных войн. Кто защищал колонны русских беженцев от зверей в чужой военной форме, кто видел, что ожидает наш мир дальше. Эти военные уже воочию видели изнанку ада и, без сомнений, нажимали на спусковые скобы пистолетов, вгоняя в чужие затылки острия пуль. Исполнителям коротко донесли суть их преступления, лишнего и не требовалось.

Ну а многочисленные департаменты управления Особого края ожидали многочисленные чистки. Вместо теплого местечка в начальственных кабинетах бывшие столичные чиновники получали в руки топор или лопату. Посмевшие ослушаться приказа, уже двигались в товарных вагонах в сторону юга, к Полярному рубежу. Новый мир обойдется как-нибудь и без них и их ожиревших деток.

Околочеловеческий биомусор начал отпадать от цивилизации сам собой.

Стремительное расследование и скоротечная расправа произвели глубокое впечатление на все губернии и края, расположенные за Полярным рубежом. Они невероятно сильно подхлестнули работоспособность всех чиновников и руководство. Генетическая память, видать, сработала.

А всевозможным органам и службам они послужили отличным примером, породив цепь кровавых и не всегда законных разборок. Как бывало и раньше вырвавшийся из-под спуда запретов благородный террор оказалось довольно сложно затем обуздать. Что, в свою очередь, подвигло новое руководство страны на кардинальные реформы. Но это уже другая история, иного мира.

Генерал Михайлов отказался от государственной награды. Он отлично знал ей цену. Да и множество последующих тяжких событий, сопровождавших падение отжившего свое государства, совершенно не оставляло времени для раздумий. Пошатнувшееся здоровье заставляло его работать еще больше, помогая по мере сил выжить остаткам человечества.

— Николаич, к командиру! — по поморской привычке, глотая гласные, скомкано крикнул боец в возрасте. Скорее всего, он был из двинских мобилизован. Это там, возле моря подобной скороговоркой говаривали. Приезжие поначалу все переспрашивали, вводя в обиход доселе незнакомое им словечки и обороты.

Потапов огорченно глянул на не дочищенный ботинок, но со скамьи встал. Из теплого ангара вылезать в ноябрьскую хмарь вовсе не улыбалось. Но бывший десантник опять в армии, а тут особо не забалуешь. Надоело недавнему жителю поселка Важское болтаться, как дерьмо в проруби, вот и напросился в ряды Русских Вооруженных сил, благо было кому замолвить словечко.

Хотя самого старого поселка уже и в официальных приказах не существовало. Переименовали его в Опорный пункт третьего рубежа Важское. Только выглядывающие из-за современных построек старые избы еще напоминали о недавнем прошлом. В сентябре в эти края прибыла дополнительная строительная техника и за удивительно короткие сроки возвела целый поселок из быстровозводимых зданий. Могут ведь, когда захотят!

В лицо била водяная пыль, поэтому Сергей накинул на голову капюшон. Что ни говори, но новая форма у военных была на редкость хороша. И самое главное: никакая не импортная, до самых трусов все свое родное. Эх, только начали страну отстраивать и на тебе…

— Чего пыхтишь? — из навеса на бывшего десантника озорно смотрели молодые глаза.

— Кравчин, ты что ле?

— Ага.

— Опять к девкам бегал?

— Бегал, вот и схлопотал наряд. Это пусть молодые на посту дуплятся.