— Если не будет отлынивать, — дополнил авторитетно Гио.

— Но откуда ты…

— Я ведун, я ВИЖУ на что способны люди, знаю, чего они стоят. Здесь нет лишних — все на своём месте. Закрыли вопрос.

Маркел порывался ещё что-то спросить, но в этот раз сдержался. Для новичка он и так много сегодня узнал, дюже торопил события. Про новое заклинание я пока решил не распространяться, но Склодский с Гио, кажется, о чём-то догадывались и с интересом на меня поглядывали. Бывалых магов не проведёшь: проекции просто так не разваливаются, а у Славы никаких дефектов не обнаружилось.

— Так говоришь «Anima refectio» где-то тут рядом? — поинтересовался я, чтобы увести разговор в сторону.

— Раньше я так думал, но сейчас — сильно сомневаюсь, — ответил Маркел.

— Что же поменялось?

— Да нет тут цветка, обман это всё, чтобы в долю войти, — отмахнулся он. — Мой проводник — старый витязь, и никто его не брал в отряд. От дел он собирался отойти, на домик копил в деревне. Вот и придумал сказочку, а мы все поверили, — мрачно подытожил он. — Если анима есть, то далеко отсюда, в сотнях, а может, и в тысячах километрах. Жалкие людишки тут уже всё перелопатили или вон, как она, — он кивнул на Святославу, — выжгли на хрен подчистую.

Что правда, то правда — маги не жалели местный лес, поэтому он и замещался такой вот непролазной «бронёй». Чем больше уничтожали вековых деревьев, тем больше на их месте вырастали «сорняки» в виде буйных чащ. Природа сама себя защищала от вторженцев, не давая людям пройти дальше. Получался замкнутый круг.

На какое-то время воцарилась тишина, прерванная спустя два часа нападением гориллоподобных раг. Чудища ловко лазили по деревьям и гоняли свою добычу десятки километров к ряду — настолько они не ведали усталости. Потому бежать от них бесполезно, только принимать бой.

— Иней, осторожней! — предупреждающе крикнул я, когда тот полез в драку.

Виверн высматривал себе добычу. Как правило, это были слабые звенья в виде особей поменьше, ведь сам он размером со взрослого пса. Рага — это 3–4 метра необузданной агрессии и железных мускулов. Прочнейшие изогнутые когти и клыкастые челюсти способны были в момент раздробить человеческие кости.

Нам попалась реально большая стая в полторы сотни рыл — настолько глубоко забралась экспедиция. Нюх Маркела безошибочно её обнаружил ещe загодя. Мы особо не скрывались и производили много шума, потому враг неплохо приготовился. Сидел в засаде, терпеливо ждал гостей. В этой схватке пришлось серьeзно попотеть.

Лобовой удар приняли на себя глипты, а тех, кто прыгал на нас сверху, ещё на подлёте сносил Гио и на удивление Маркел.

— Мохнатые ублюдки, прыгайте сюда, АХ-АХ-АХ! — разразился он довольным смехом, когда насадил на дюжину копий сразу трёх раг.

Вышло вполне эффектно — как будто те прыгнули на забор с пиками. Щупальца брезгливо отбросили их трупы в стороны и снова закрыли небо.

— Леонид, змеи, — отдал я команду, понимая, что противник подвижней глипт и скоро начнёт их перепрыгивать, нам лишняя свара и разрушение построения не с руки — некоторые раги превосходили камнекожих и размерами, и силой.

Пока антилекарь засучивал рукава и под обомлевшие взгляды новичков сводил на ноль поголовье свирепых обезьян, я почувствовал тревогу за питомца и посмотрел вверх.

Иней, уверенный, что в воздухе ему ничего не будет, завис в поиске цели и забыл главное правило любой массовой схватки: никогда не стой на одном месте. На него, как хищник на добычу, прыгнула затаившаяся на стволе рага и сбила ударом лапы в воздухе. Реакция у сорванца хоть куда, но вот глубокую рану он всё равно получил — кровь брызнула из разорванного бока, а часть крыла повисла тряпкой.

— Лёлик, поймай его! — командир глипт молниеносно покинул строй, а я с тревогой наблюдал, как тельце питомца затрепыхалось в воздухе, сопротивляясь падению.

Природа раны была такая, что и спланировать к нам невозможно — физика не позволит, потому виверн вскоре камнем полетел вниз.

— Я тоже помогу! — крикнул Мефодий и перепрыгнул через головы строя прямо на спину своему закадычному приятелю, с которым они часто мерились силой.

Оседлав глипта в воздухе, берсерк держался за него одной рукой, а второй сжимал секиру. Камнекожий не сводил глаз с виверна — тот падал прямо в пекло с разъярёнными рагами. Вместе с тем пурпурная змея Склодского, как проводник смерти, прокладывала им дорогу, убирая впередистоящие преграды.

— Двигаемся к ним! — приказал я.

Иногда Лёлик получал случайные удары в бок и даже по голове прилетело — каменная кожа разлетелась на виске, оголив мясо, но он не обращал внимания на раны и прыгнул, вытягивая руки. Мефодий перед этим спешился с перекатом и по кругу провёл секирой, разрубая тела раг.

Инея поймали в последний момент перед столкновением. Массивное тело глипта закрыло его от внешних угроз, подставив врагу спину. Каменная живая крепость не дала врагу разорвать тело виверна, но в отместку разозлeнные магзвери вырывали из Лёлика целые куски. Если бы не твёрдость кожи магзверя — быть беде.