У меня был KA-BAR, и мне нужен ибупрофен для коленей после забега на 100 метров.

А что было альтернативой? Сидеть здесь и умирать?

Я осмотрела всех погибших людей. Следующими были серые нападавшие. Их было четверо, они лежали в разных местах по всей пещере. Я подошла к ближайшему телу. Серый саван, окутывавший труп с четырьмя руками, зашевелился.

Я остановилась.

Саван тянулся ко мне длинными нитями, словно водоросли, колышущиеся на волнах. Позади меня заскулила Мишка.

Я напряглась. Серый саван вспыхнул ярко-оранжевым. Это было нечто среднее между растением и животным, странный гибрид. Миксотроп, похожий на одноклеточную эвглену, которая использует фотосинтез, как растение, но передвигается и поглощает пищу, как животное. И если бы он меня коснулся, я бы умерла. Я понятия не имела, откуда я это знаю, но была абсолютно уверена. Он бы убил меня.

Я попятилась. Саван задрожал, словно от досады, и снова опустился на труп.

Оранжевый состоял из жёлтого и красного, и если жёлтый означал опасность, то красный указывал на что-то полезное или ценное. Что бы ни означал этот оттенок красного, исследовать его не стоило. Все четыре трупа нападавших были им окутаны. О том, чтобы подойти к ним, не могло быть и речи.

Я сглотнула и повернулась к женщине в голубом.

До этого момента я успешно избегала мыслей о ней и о драгоценном камне. Но теперь выбора не осталось.

Что она со мной сделала? А она что-то сделала? Я не чувствовала особой разницы. Она, правда, вставила мне в голову драгоценный камень? Поэтому моя нога зажила?

Но если бы у вас был волшебный камень, который мог бы сращивать сломанные кости за считанные часы, то, скорее всего, этот камень мог бы и отращивать конечности. Зачем отдавать его мне? Почему бы не оставить его себе и не отрастить руку?

Береги своё наследие, моя добрая дочь.

Одни вопросы и ни одного ответа.

Погибшая женщина лежала на спине. Её лицо утратило живой цвет. Розовые и бирюзовые оттенки потускнели, стали приглушёнными, будто она была увядшим цветком. Её пропитанная кровью мантия прилипла к телу, а лужа крови у её руки застыла, превратившись в тёмный вязкий гель.

Логика подсказывала, что я должна была обыскать её, но что-то в этом казалось в корне неправильным, словно я совершала святотатство.

Я обошла тело и напряглась. Труп стал бледно-фиолетовым, почти белым. Рядом с женщиной лежала полоска угольно-чёрного цвета. Меч. Мой талант не знал, что с ним делать, поэтому зарегистрировал его как полоску тьмы. Такое случалось лишь однажды. Два года назад КМО заставило меня подписать кучу бумаг, а затем показало предмет, похожий на большую металлическую брошь, усыпанную мелкими драгоценными камнями. Он был найден на лбу огромного прорвавшегося зверя, и они хотели, чтобы его оценили. В моём видении объект был абсолютно чёрным. Я не могла определить, что он в себе несет и из чего сделан.

Я отключила талант и опустилась на колени рядом с мечом. Я помнила, что он был тонким и голубым, но теперь он казался короче и тусклее, выцветшим до серого. На рукояти не было обмотки. Всё изделие представляло собой цельный кусок. Оно было похоже на металл, но я никогда не видела ничего подобного.

Меч был намного лучше ножа.

— Мне жаль, что вы погибли, — сказала я трупу. — Мне нужен ваш меч, чтобы выжить.

И теперь я разговаривала с мертвецами.

Я прикоснулась к мечу. Металл был холодным, но тут же стал тёплым. Лезвие посинело. Рукоять потекла в моих пальцах, словно жидкость, и обвилась вокруг моего запястья.

Меня охватила паника. Я инстинктивно отдёрнула руку, размахивая ею, будто на ней был ядовитый жук. Металлическая лента на моём запястье расстегнулась, и лезвие со звоном упало на пол.

Я застыла, уставившись на него.

Меч лежал на камне, безжизненный, снова тускло-серого цвета.

Прошла минута. Другая.

Меч не шелохнулся.

Хорошо. Ещё раз.

Я потянулась к мечу. Как только мои пальцы коснулись его, металл снова потек, обвился вокруг моего запястья и идеально лег в руку. Меня охватило желание отбросить его.

Я стиснула зубы и стала ждать.

Меч ждал вместе со мной.

Я ли управляла им? Был ли это какой-то инопланетный искусственный интеллект? Был ли он каким-то образом живым?

Ничего не происходило.

Я глубоко вздохнула.

Меч скользнул из моих пальцев на предплечье и обвился вокруг него, словно бледно-голубой металлический браслет.

Я подавила крик, не успев его издать. Мои пальцы были свободны. Я пошевелила рукой. Наруч сидел как влитой.

Я сделала движение, словно собиралась нанести удар. Меч скользнул в мою ладонь, удлинился, превратившись в полуготовое лезвие, и остановился. Ждал ли он цели? Я опустила руку. Лезвие скользнуло обратно в наруч.