– Носи, награда тебе от татей за мучения, – разрешил Касьян.

– Хорошо, только игумен всё одно отберёт. Но пока поношу, красивый, и радостно показал все свои дырки от зубов оставшиеся и пеньки коричневые.

– Домой мне надо, там люди… пацаны рыбу коптят и… и ещё другие должны рыбу с озера принести. Обрабатывать нужно.

Солнце уже совсем к горизонту подбиралось, ещё час и темнеть начнет.

– А я? – ну точно ребёнок. Теперь вместо улыбки испуг. Как же бросили одного в лесу. Тут волки, да он тут просто от голода помрёт. Он даже не знает как еду приготовить. Зелье – это да, а вот полбу – это нет.

– Пойдём со мной. Накормлю ужином, баню нашу завтра утром затопим, а то воняет от тебя, как от скунса…

– От кого, принюхался к себе брат Константин.

– М… От… как в свинарнике.

– Да?

– Да.

– А тут всё это? – сунул жуковину на грязном пальце парню под нос зельеварец.

– Завтра вернёмся как в баню сходим и перенесём всё ко мне. У меня там… Постоялый двор… был. Сожгли бандиты Федьки-Зверя. И мать, и отца, и сестрёнку… Но таверна целая осталась. Там иногда путники ночуют. Там тебя пока размещу. А там посмотрим. Уж точно лучше, чем в клетке. Плавать умеешь, брат Константин. Понятно. Стоп, а ведь у нас теперь лодка есть.

– Что ты за дурень такой, я тебе сказал две щепоти мать-и-мачехи, а ты куда руку тянешь?!

Ведь не хотел Касьян лекарем становиться. Да в мыслях даже не было. И мозг сопротивлялся всеми силами, когда сначала бабка Ульяна, а потом и брат Константин его в это дело затягивали.

А потом заболела Варюшка. Живот болел. Коська ей на правый бок нажимал и спрашивал, так болит, и когда девчушка говорила, что да, болит, всё внутри у парня замирало. Аппендицит?! Его здесь даже теоретически не могут лечить. Здесь даже в голову никому не придёт разрезать живот человеку и чего-то там вырезать. Раны на теле зашивают, но это рука там или бок поцарапали мечом, кожа разошлась, а вот внутрь лезть – это мы не проходили, это нам не задавали.

К счастью, совместными усилиями бабки Ульяны и брата Константина то ли воспаление аппендикса удалось медикаментозно унять, то ли это был не аппендицит. Но после этого случая Коська решил, что ну его нафиг. Иметь медицинское образование в этом времени – это дополнительно куча шансов выжить и родным помочь, да той же Варюхе.

Так что, уже месяц Касьян учится у трёх преподавателей сразу. Два раза в седмицу его за билон в день учит уму разуму хельга Ульяна. А за еду и кров учит зельеварению брат Константин.

А передумал он ехать в Менск. Зимой отправится или поздней осенью. Поживёт несколько месяцев у ученика в таверне. Там Коська с помощью местного плотника дядьки Артемия и его двух сыновей сделал загородку, в которой монась и живёт. Ещё там же внутри плотник наделал нар и теперь Касьян принимает постояльцев не на полу в таверне их укладывая, а на нарах, на матрасах свежим сеном набитых. Нар восемь. Один раз только не хватило и двоих пришлось разместить всё же на полу.

Третьим учителем стала книга. С кузнечиками Коська справился. Книга зачла ему жаренных и перемолотых. Зачла интересно. Пережевал парень последнюю партию из четырёх кобылок зелёных с рыбой под майонезом и открыл книгу, а там новая надпись. «Цяпер ты вучань ведаеш якія конікі на густ. Можна пачынаць навучанне».

«Теперь ты знаешь каковы кузнечики на вкус. Можно начинать учёбу».

– Это чего такое было?! Я тут давился гадами этими зелёными, а оказывается… Нет это дебилизм!!! Это издевательство! Зачем мне знать каковы кузнечики на вкус?!

Коська ещё минут пять пообзывал книгу, а потом думать сел. Не пацан же тринадцатилетний. У всего есть цель. И если книга заставила его есть буйных кониаков, то у неё эта цель была. И кузнечики тут просто кузнечики, а ни какие-то там магические ядра в них. Могли быть дождевые черви или вообще мокрицы. Тут дело в настойчивости ученика и твёрдом желании его овладеть наукой. Должен показать целеустремлённость, настойчивость.

Следующим задание книги было уже более… как это точнее, более нацеленное на изучение магии. Книга заставила его медитировать по часу каждый день. Если перевести на нормальный язык, то что было написано в книге на древнерусском или древне белорусском, то получалось так: Основная цель – достичь глубокой сосредоточенности и внутреннего покоя, осознанно присутствовать в текущем моменте, абстрагироваться от тревоги и неприятных мыслей. На это дело книга выделила Коське сорок четыре дня. Он иногда открывал её в надежде получить какие-то подсказки, но страницы опять были чистыми.

А жизнь и без медитаций вполне успокоилась. Бандитов больше нет. Тратить время и нервы на них больше не надо, все ценности они с братом Константином перевезли и спрятали рядом с конюшней, вырыв очередную яму под клад. Ну, это только золото и серебро, а тряпки просто сложили в огромный сундук, на котором Коська спит в сенях. По договору все тряпки отходят брату Константину. Там в трёх сундуках во второй комнате тоже оказались новые шмотки и просто ткани, в том числе и шёлк разных цветов и… качества, что ли. От толстого, вроде бы атласом называется, до воздушной кисеи. Видимо для накидок княгинь и графинь всяких.