Увидев, что я подхожу, Элисон строит свою классическую недовольную гримасу.

– О, – говорит она. – Это ты. Я не знала, что ты придёшь.

– Дейзи сама попросила меня прийти, – говорю я, стараясь не звучать так, будто я оправдываюсь. Разве мне нужно отчитываться за волонтерство на ярмарке здоровья?

– Замечательно, – произносит она безжизненным тоном.

Элисон ни разу за всё время нашего знакомства не сказала мне ни одного доброго слова. Часть меня хочет спросить, почему я ей так не нравлюсь. Но другая часть уже знает ответ и не хочет слышать его вслух.

– Что ж, – наконец говорит она, – Дейзи будет рада, что ты здесь.

– Э–э, да.

Ей в голову приходит мысль, и всё её лицо искажает брезгливая складка.

– Слаг ведь не придёт, да?

– Не–а. – Слаг не пришёл бы на такое мероприятие, даже если бы от этого зависела его жизнь. Даже если бы у него был шанс с Элисон, которого у него точно нет.

Она содрогается, подчёркивая всю безнадёжность увлечения Слага. Я правда не понимаю, что он в ней нашёл. Он твердит, что она похожа на сексуальную библиотекаршу, хотя мне неясно, что в этом привлекательного, особенно для такого парня, как Слаг.

Мы стоим перед большим стендом объявлений. Там огромный плакат, рекламирующий уроки игры на гитаре. Интересно, понравилось бы это Дейзи, если бы я научился? Разве не от такого девушки тают? Я готов на всё, чтобы произвести на неё впечатление.

Элисон поворачивает голову, следя за моим взглядом. Сначала я думаю, что она смотрит на плакат с гитарой, но затем она говорит:

– Её так и не нашли, верно?

– Кого?.. – начинаю я, но тут замечаю, на что она смотрит. Это одна из тех старых листовок о пропавших, она смотрит на Брэнди Хили, сбежавшую из дома. – А. Наверное, нет.

– Сколько уже прошло?

Я пожимаю плечами.

– Не знаю. Четыре или пять месяцев?

– Ты же её знал, да?

По моей спине пробегает странный, холодный озноб.

– Ну, да. Она училась с нами в одном классе.

Темно–карие глаза Элисон прикованы к моему лицу.

– Верно. Но ты же занимался с ней математикой, да?

В глубине моего сознания зазвенел сигнал тревоги. Она права – Брэнди была одной из моих учениц, пока не исчезла. Но что с того? Меня же никто не винил в её побеге. Я был просто ботаником, который помогал ей с геометрией. Полиция едва со мной поговорила.

Я открываю рот, хотя и не уверен, что скажу. Но меня прерывает Дейзи, которая подбегает к нам с сияющим от счастья лицом.

– Том! Элисон! – говорит она, запыхавшись. – Вы пришли!

– Конечно, пришла, – отрезает Элисон.

Несмотря на её тон, Дейзи тепло обнимает её. Обняв Элисон, она обнимает следующего – меня. И наше объятие длится дольше. Намного дольше. Так долго, что я благодарен, когда Дейзи протягивает мне волонтёрский фартук, чтобы прикрыть растущую «палатку» в штанах.

– Итак, – говорит она мне, – мне нужно найти для тебя работу, Том. Ты умеешь измерять давление?

Я не умею.

– Могу научиться.

Она обдумывает это, но потом качает головой.

– Элисон, почему бы тебе не заняться давлением? А Том пусть возьмёт на себя забор крови.

Забор… чего?

Когда мы заходим в здание, Дейзи хватает меня за руку и ведёт к женщине средних лет с планшетом.

– Привет, Элис, – обращается она к ней. – У нас новый волонтёр для скрининга на диабет.

Элис улыбается мне, держа ручку наготове.

– Замечательно. Кто у нас здесь?

– Это Том Брюэр, – говорит она. – Мой парень.

Моя улыбка застывает. Дейзи только что назвала меня своим парнем? Я действительно её парень? Я прошёл отбор? У меня сердце выпрыгивает из груди.

После того как Элис меня регистрирует, Дейзи подводит меня к столу с табличкой «Скрининг на диабет». Вокруг стола стоят несколько стульев, лежат маленькие глюкометры.

– Тебе нужно будет, – объясняет она каким–то странно официальным тоном, – использовать ланцетное устройство Accu–Check, чтобы сделать укол, а потом поместить каплю крови на тест–полоску, чтобы определить уровень сахара.

– Без проблем, – говорю я.

Я не подаю виду, как взволнован тем, что буду делать это весь день. Я думал, что буду раздавать брошюрки о правильном питании и упражнениях. Не мог и представить, что буду втыкать иглы в людей. Не думал, что займусь чем–то подобным ещё до медицинского института.

Надо будет почаще заниматься волонтерством на ярмарках здоровья.

Она улыбается мне.

– Я думала, ты справишься. Элисон брезглива, а ты, я знаю, нет.

– Определённо нет.

– Отлично. Только никому не говори, что тебе нет восемнадцати, потому что технически несовершеннолетним нельзя делать забор крови на сахар.