– Уайлдфолд, – повторил он, а потом исчез.

Но ведь Ван Хелсинг мертв! Я упал на колени и начал молиться. Испрашивал прощения и взывал о помощи. Каялся в грехах и просил наставления. Смиренно склонялся перед моим Господом.

Когда я поднялся на ноги, у меня было новое место назначения.

Теперь двигаюсь со всей посильной скоростью в сторону указанного города – иду преимущественно ночами, селения обхожу стороной. Вероятно, впереди меня ждут новые опасности, но я исполнен решимости достигнуть Уайлдфолда.

И вот продолжаю путь втайне. Продолжаю путь в страхе. Продолжаю путь с местью в сердце.

(конверт не распечатан)

9 февраля

Дорогой Арнольд! Полагаю своим долгом написать Вам. Возможно, в прошлом я несколько недооценивал Ваши способности и несправедливо умалял Ваши многочисленные достижения.

Хочу сообщить, что с радостью признаю свои ошибки и упущения. Теперь наконец я все понимаю. Наконец вижу истинное положение дел. Было время (уж простите за откровенность), когда я считал Ваши суждения просто практически полезными для газеты – средством для привлечения читателей старшего возраста и увеличения продаж. Однако теперь, после встречи, о которой поведаю ниже, я искренне верю каждому Вашему слову.

Последняя неделя выдалась необычайно беспокойной. Как газетчика, меня это воодушевляло, как патриота – тревожило. По крайней мере, до нынешнего вечера.

Работы сегодня было по горло, и я допоздна засиделся в своем кабинете. Управившись с намеченными на день делами, я поехал на Стрэнд, в турецкие бани, где часто бываю. Банные процедуры действуют на меня умиротворяюще (во всяком случае, так было раньше). По своему обыкновению, я провел определенное время в каждой комнате заведения. Последняя, как Вам, возможно, известно, наполнена паром – огромными клубящимися облаками пара, при виде которых невольно вспоминаются самые худшие из лондонских туманов. Там происходит полное очищение – и оно действительно состоялось сегодня, только в другом смысле.

Я сидел один в этой комнате, вокруг белыми волнами плавал пар, густо клубился у стен. Я глубоко дышал носом, кожу приятно пощипывало, в голове теснились мысли о событиях последних дней: о волнениях в криминальном мире, о приходе к власти Совета, о хаосе в самом сердце Империи и о внезапном прибытии в страну человека, который, похоже, в настоящее время держит в своих руках бразды верховного правления. Я снова и снова перебирал в уме факты, пытаясь установить связи между ними, увидеть общую картину. Пришел к выводу, что ситуация чревата серьезными последствиями, крайне серьезными. Задался вопросом, что за силу мы впустили, а точнее, пригласили к нам, и близко не понимая ее истинной природы. А также, дорогой Арнольд, задался вопросом о Вашей роли во всем произошедшем – о том, насколько много Вы на самом деле знали или понимали.

Именно в момент, когда мои мысли обратились к Вам, я вдруг осознал, что больше не один здесь, в насыщенном паром помещении. Хотя ничего разглядеть не мог и вообще ничего не слышал, я всей кожей ощутил чье-то присутствие рядом. Неподвижно замер и напряг слух.

– Эй?.. – неуверенно произнес я, чувствуя себя страшно глупо.

Ответа не последовало, а потому я приписал все игре воображения. По-прежнему немного нервничая, я встал и уже собирался выйти прочь, когда вдруг из горячего белого тумана послышался негромкий смешок.

– Эй? – повторил я, теперь почти испуганно. – Кто здесь?

– Добрый вечер, мистер Карнихан, – прозвучал в ответ голос с отчетливым европейским акцентом.

– Кто вы? Кто здесь?

И вновь раздался голос, наводящий на мысль о далеких странах и полузабытых знаниях.

– Вы знаете, кто я, мистер Карнихан.

– Я… – В голове моей пронеслась череда мыслей, одна страшнее другой. – Я…

Голос возвысился до громового рычания.

– ВЫ ЗНАЕТЕ, КТО Я, МИСТЕР КАРНИХАН!

– Да, знаю, – еле проговорил я.

Прямо передо мной из тумана возникла фигура. Должен прояснить: она не вышла из него, но словно бы из него соткалась.

(Вы наверняка помните старые предания, мистер Солтер, и знаете, что подобного рода сущности могут принимать самые разные обличья.)

Объятый страхом, я завороженно смотрел на того, кто на моих глазах обретал телесность. Очи его сверкали раскаленными угольями; тело его, казалось, состояло из одних мышц и сухожилий. В ушах у меня звенело так, будто совсем рядом находился источник оглушительного шума, хотя в помещении стояла тишина. Желудок скрутило, из носа хлынула кровь.

– Граф… – выдохнул я и, не отдавая себе отчета в своих действиях, совершенно бессознательно, опустился на колени.

– Я разыскивал вас, мистер Карнихан. Чтобы поблагодарить за все, что вы сделали. И чтобы задать вам один вопрос.

– Да, спрашивайте что угодно… – пролепетал я.

– Хотите ли вы вечно служить мне, как служите сейчас?

Не в силах поднять взгляд, я все же сумел выдавить:

– Да, хочу.

А потом оно набросилось на меня – это древнее существо, это МЕРТВОЕ существо – и принялось высасывать из меня жизнь, всю мою жизненную энергию. Боль была невообразимая, но я с восторгом ее принимал. На самом деле я подгонял моего господина и хозяина. Умолял продолжать.