Линда часто пеняла ему на это тоже — что она ему, дескать, говорит, а он не слышит, и Глеб изо всех сил старался все запомнить, начал вести ежедневник и придумал что-то вроде общего календаря, но то и дело забывал туда вносить все события и планы — даже свои, что уж говорить о планах Линды. Он знал, что сегодня нужно прийти и сменить ее в три часа, сразу после обеда — легко запомнить, а вот зачем — это уже задача следующего порядка, и Глеб с ней снова не справился.

Вздохнув, он отправился разбирать коробки, несколько минут искал резак, потом ожесточенно рвал скотч и картон, а потом вдруг вспомнил про кейтеринг.

Глеб открыл ноутбук и вбил название конторы, из которой им всегда привозили свежие маленькие лодочки с рыбой, креветками и ветчиной, кубиками нарезанные сыры и всякую прочую ерунду, которой легко забить желудок.

Изучая меню, он стремительно почувствовал голод, осознал, что не поел, вместо обеда стирал в прачечной; подумал сбегать в соседнюю пекарню за какой-нибудь булкой и даже встал уже и подозвал Бетти, которая, к слову, не повела и ухом, распластавшись возле стеллажа. Еще одна строптивая баба.

Тут прозвенел колокольчик, и перед Глебом возник Читатель. Глеб всегда перед читателями робел. Боялся оказаться глупее, чем они, не знать какого-то автора, не вполне понять, что они спрашивают по-французски, не подсказать правильную книгу. Он бы предпочел, чтобы с людьми общалась Линда, а он бы имел дело только с книгами, но так выходило не всегда. Книги и читатели книг в магазине связаны напрямую, и Глебу приходилось внутренне собираться.

— Уходите? — обратился к Глебу незнакомец по-русски, и тот не сразу понял.

— Что, простите?

— Уходите, говорю? Возможно, я не вовремя…

— А… Нет-нет, что вы. — Глеб положил куртку обратно на конторку с кассой. — Мы открыты до девятнадцати ноль-ноль.

Читатель кивнул и начал прохаживаться по залу, рассматривая книги.

— Ищете что-то конкретное? — спросил Глеб из-за конторки.

— Да, да, пожалуй… — Читатель достал блокнот из внутреннего кармана пиджака и начал торопливо листать исписанные странички. — Сейчас.

Глеб с интересом наблюдал за мизансценой. Исписанный блокнот сейчас нечасто встретишь — проще всего было бы записать в телефон. Пока Читатель боролся с потрепанными листочками, Глеб беззастенчиво рассматривал его: черные джинсы, шерстяной пиджак, — пожалуй, слишком странный для этой погоды, — вычурная шляпа и бородка — все очень выпендрежное, даже блокнот. Читатель решительно не нравился Глебу, как будто было в нем что-то враждебное.

А может, он просто голодный и оттого злой: Глеб снова ощутил свой голод телом, его внутреннее присутствие. Что уж там, голод прямо сжирал его в эту секунду. Глеб вспомнил, что еще и не завтракал.

— А! Вот, — сказал Читатель довольно. — Нашел.

— Я вас слушаю. — Глеб стал поувереннее и решил побыстрее с этим разобраться и пойти наконец поесть.

— «Дегустация». Я ищу роман «Дегустация». Слышали о таком?

Глеб порылся в закоулках памяти и ничего не обнаружил.

— Это русское, французское?

— О, конечно, русское. Разве я похож на человека, который читает по-французски? — И Читатель рассмеялся, довольный своей шуткой.

Глеб улыбнулся краем рта для проформы.

— У нас сейчас не так много русских новинок, — виновато сказал он, — но давайте я посмотрю в системе и скажу вам, где ее можно купить?

— Ну если у вас нет, то вряд ли где-то еще, — хитро улыбаясь, сказал Читатель, и Глеб вдруг подумал, что это может быть вовсе не Читатель, а очень даже Писатель — один из тех сумасшедших графоманов, которые приходят в книжные магазины, чтобы «искать» собственные романы. Следующим шагом графоман должен выложить свои книги и предложить их на реализацию.

Глеб выглянул из-за конторки и на всякий случай снова оглядел Читателя — книг при нем не было.

— Сейчас я проверю, — сказал Глеб и вбил название в поисковую строку. Система ничего не обнаружила.

Глеб развел руками:

— Боюсь, что такой книги вообще нет в реестре. Может быть, вы перепутали название?

— Да нет, все точно, — сказал Читатель, странно рассматривая Глеба. И неожиданно протянул ему руку. — Гарин, Миша, — через запятую представился Читатель.

Прозвучало очень старомодно. Впрочем, чего еще ждать от человека в шляпе и с блокнотом.

— Глеб. — И пожал руку Гарину, Мише.

— Что ж, — сказал Читатель по имени Миша, — тогда я зайду попозже, авось появится.

Глеб нетерпеливо кивнул, надеясь, что сейчас он наконец сможет пойти поесть, и, когда загадочный Миша отправился к двери, вдруг спросил его, сам от себя не ожидая:

— А кто автор?

Миша обернулся — и улыбнулся.

— Я знал, что вы спросите! — воскликнул он громко, как в телевизионном шоу, когда даешь правильный ответ. — Это я, кстати, помню и так. Фамилия автора Корниш.