— Твой отец поступил благородно, — с уважением поглядел я на казаха, хоть он и не согласовал с нами своё решение. После того, как Луиза сумела рассмотреть через видеокамеры, что происходит у Мустафы, наша авантюра могла окончиться плачевно. Сколько штыков мог выставить старейшина Татарской слободки? Рыжая утверждала, что насчитала два десятка бойцов только на подворье. Плюс головорезы Нарбека и неучтённая «пехота», прячущаяся под видом обычных крестьян и работяг. Даже по примерной оценке, выходит не меньше полусотни.

Шакшам кивнул довольный, а я обвёл взглядом команду:

— Господа, сегодня вечером нам нужно собраться всем вместе и окончательно решить, как будем действовать. Не выключайте телефоны, чтобы быть на связи.

Закончив обед, мы вернулись в аудиторию. Впереди нас ждали ещё две пары. А мне ведь сегодня идти на встречу с Галкиным. С трудом досидел до конца, и как только вышел на улицу после занятий, сразу же позвонил Арсену.

— Скаут всё разведал, — обрадовал меня телохранитель. — Есть такой Мустафа, серьёзная шишка. Но никаких подтверждений, что он удерживает на своём подворье девушек, нет.

— Луиза тоже не смогла выяснить, — я особо не расстроился. Было бы слишком просто найти пропавших девиц и с такими доказательствами прийти в полицию. А если произойдёт утечка? Кажется, мне стала понятна позиция Басаврюка. Он тоже опасался подобного развития ситуации.

— Когда освободишься?

— Подъезжай к четырём, — прикинул я, глядя на циферблат наручных часов. — У меня запланирована встреча с человеком канцлера Шуйского.

— Понял, — Арсен не стал задавать вопросы, хотя они вертелись у него на языке. — В четыре буду у ворот.

Я закончил разговор и сразу же позвонил Алле. Не было времени искать её в толпе студентов. Девушка откликнулась сразу же. Оказывается, она сегодня вообще не была в университете. Приболела. Банальный насморк.

— Не хочу шмыгать носом на лекциях, — пожаловалась она.

— Воспользовалась бы услугами Целителя, — я присел на дальнюю скамейку, скрытую от центрального корпуса кустарниками, уже потерявшими свою листву. — А капли и таблетки только продлят агонию.

Алла расхохоталась, поняв, что я шучу.

— Попробую своими силами, — отсмеявшись, сказала она. — Бабушка учила меня, как с помощью Дара самостоятельно справляться с соплями.

— Ну да, одарённые тоже болеют, — хмыкаю в ответ. — Ладно, подумал я над предложением Басаврюка. Согласен с ним встретиться.

— Где? — деловито спросила Ростоцкая.

— На Красноярской набережной, — я сразу же назвал заранее выбранное место. Это и недалеко от университета, и место довольно оживлённое. Вдруг Басаврюку придёт в голову провести силовой захват, большое количество свидетелей может остановить его. — В половине пятого.

— Хорошо, я скажу Галкину. Не знаю, что он задумал, но будь осторожен, — неожиданно попросила Алла. — И очень тщательно взвешивай каждое слово. Люди Шуйского не просто так в Уральск приехали. Отец тоже нервничает.

— Спасибо, Алла, что переживаешь за меня.

— Мы ещё встретимся? — поинтересовалась девушка, взбодрившись от моих слов. — Я не про университет, а вообще…

— Если не будешь доставать меня вопросами о рекуперации, — ухмыляюсь в ответ.

— Обещаю, не буду! — мне показалось, что Ростоцкая обрадовалась. — Всё, пока-пока, удачи тебе!

Я задумчиво положил замолкнувший телефон в карман куртки.

«Интересно девки пляшут по четыре штуки в ряд, — Субботин, кажется, особо не удивился такому раскладу, в отличие от меня. Скорее, задумался. — Значит, канцлер решил отказаться от насильственного похищения и хочет договориться, по крайней мере, на первом этапе. Что же он предложит? Не прогадай, тёзка».

«Ты серьёзно настроен на обмен?»

«А почему бы и нет? Шуйский получит своё, а ты — спокойную жизнь», — откликнулся майор очень спокойно, как будто отбросил все сомнения.

«Канцлер хотел заполучить демоническую сущность, но ты его опередил и „сломал“ весь ритуал, — как маленькому, пояснил я. — Понимаешь? Ты не демон, который нужен Шуйскому, а обычный военный. Ты умеешь хорошо драться и убивать. Но князю этого мало. Демон — это супероружие, которое в умелых руках натворит таких дел, что все взвоют. Когда канцлер поймёт, что его обдурили, он уничтожит тебя окончательно или запечатает душу в Кристалл Вечности. А нашу семью вырежет. Свидетели ему не нужны. Даже если убедить Шуйского, что в тебе не демоническая сущность, а нечто другое, то он всё равно не оставит нас в живых».