— Когда встречаешься с Басаврюком? — спросила она обычным голосом.

— Сегодня Арсен со Скаутом и парнями проведут разведку, — ответил я. — Может, запретить им? Ты ведь достаточно увидела через камеры.

— Лучше воочию осмотреть место будущей операции, — возразила Луиза. — Мне кажется, проводить захват «Карлыгача» лучше ниже по течению, подальше от Уральска. У Мустафы много нукеров, они могут помочь Нарбеку.

— Ладно, завтра будем думать, — я провёл ладонью по щеке Луизы-Кристины. — Спокойной ночи.

— Спокойной ночи, Миша, — девушка всё же потянулась ко мне и чмокнула в щеку, словно исправляя свою недавнюю холодность. — До завтра.

Я кивнул и вышел в коридор. На меня с интересом посмотрела какая-то девица, прошлёпавшая мимо с полотенцем, навёрнутом на голову. Улыбнулся в ответ и поспешил покинуть «женскую» половину. Из всего разговора с Луизой меня заинтересовала одна деталь. Утверждение специалистов, что частая рекуперация стирает память клона безвозвратно, ошибочна или намеренно искажена. Манипуляции с памятью возможны. А значит, Луизе запросто могли подсадить «чужие» воспоминания. Только зачем?

Примечание:

[1] Здравствуй, дядя (казах)

Гладко было на бумаге…

Разговор с Аллой Ростоцкой не выходил у меня из головы весь следующий день. В результате рассеянности я дважды получал замечания от парочки преподавателей, которые во время лекций любили задавать вопросы студентам, выясняя, насколько понят материал. Сославшись на плохое самочувствие, я избежал попадания «на карандаш». С трудом дождался перерыва на обед.

От нашей мужской компании откололась прекрасная половина. Марине кто-то нашептал, что я стал частенько бывать у Луизы Ирмер, в результате чего Турчанинова вместе с Марго пересела за стол к княжичу Голицыну. Рита, судя по лицу, была недовольна таким поворотом дела, но как свитская, не имела права диктовать свои условия. Зато я испытал облегчение. Настойчивость, с которой Марина добивалась моего расположения, начала утомлять. В университете нужно получать знания, а жениха тебе найдут родители. Или нет никакого смысла тратить молодые годы на бессмысленную зубрёжку учебников. Подозреваю, окрутить княжича — личная инициатива Турчаниновой. Помимо Голицына есть ещё кандидатуры: Андрон Яковлев, Костя Мясников, Родион Афанасьев, да тот же Вадим Ростоцкий. Это самые крупные фигуры, вокруг которых уже сформировался устойчивый круг поклонниц. Про старшие курсы говорить не буду. Там своих зубров хватает.

Зато к нам спокойно подошла Луиза с подносом и поинтересовалась, может ли она присоединиться к нашей компании. Получив утвердительный ответ, села напротив меня, где до этого было место Марины Турчаниновой.

— Какой у нас на сегодня план? — нетерпеливо спросил Шакшам, не забывая работать ложкой.

— После занятий встречаюсь с одним человеком, — ответил я, переглянувшись с Луизой. — У него есть информация о девчонках. Ну, он так сказал.

— Мне пойти с тобой? — в чём нельзя было упрекнуть казаха, так это в бездеятельности и трусости.

— Нет. Он просил встречу тет-а-тет.

— А я в сторонке постою, понаблюдаю, — не сдавался Шакшам.

— Я не думаю, что это хорошая идея, — возразила Луиза. — Михаил будет с охраной, этого достаточно. Здесь вопрос доверия, а не безопасности.

— Ладно, — пробурчал Шакшам, подтягивая к себе тарелку с рисовым гарниром и мясом с подливой. — А что насчёт стволов?

— Ты бы ещё на всю столовую прокричал, — покачал головой Ванька.

— Ребята, а я могу чем-то помочь? — неожиданно спросил Зазнобин, до этого тихо сидевший с краю. Спросил — и покраснел от своей смелости.

Мы поглядели на него оценивающими взглядами. Валёк был истинным представителем адвокатской семьи. Худощавый, тонкокостный, с неуловимой улыбкой, которая изредка мелькала на его губах, он совершенно не подходил к делу, которое нам предстояло провернуть. Шакшам — дерзкий и бесстрашный, Ванька — рассудительный, осторожный, но далеко не трус, в драку полезет, если необходимо, не сомневаясь. Со мной всё понятно. Наличие симбионта в личном боевом арсенале просто не даёт мне право находиться в сторонке. Про Луизу и говорить нечего. Пусть только я знаю, кто она на самом деле, но парни видят в ней бойца. Валёк же… Опасно его привлекать к делу. Обычно такие ребята и погибают первыми. Нет у меня уверенности, что о нашем появлении в Татарской слободе не будут знать. Шакшам и Ванька тоже рискуют. А если на них нападут, пока мы на «Карлыгаче» девчонок спасаем?

— Конечно, Валя, можешь, — улыбнулась Луиза. — Я потом тебе объясню, что делать нужно. Пока мы сами ещё толком не знаем, как подобраться к Веселине и Кате.

— Отлично! — обрадовался Зазнобин.

Я про себя хмыкнул, попивая компот. Что рыжая задумала? Валёк — не боец, она же сама прекрасно осознаёт этот факт.

— Я разговаривал с отцом, — Шакшам ловко вытащил вилкой из компота разбухший абрикос и отправил в рот. — Он сказал, что пришлёт в помощь моего среднего брата Алдияра с нукерами. Сегодня должны подъехать.