Дарлан понял, что дело плохо, когда после вспышки боли, почувствовал, что под ногами уже нет твердой поверхности. Перед глазами завращались вперемешку серые скалы и голубое небо. Ропен сбросил его с моста. Заставив эфир забурлить с двойной силой, Дарлан выровнялся и до того, как его потянуло вниз на встречу гибели, кинул монету и оттолкнулся от нее, чтобы вернуться на мост. Проклятье, хорошо, что меч удержал. Не дожидаясь, пока противник вернется, ропен взлетел и стал кружить над мостом. Ощутив под собой камень, монетчик с облегчением выдохнул. Нужно быть внимательнее, в следующий раз так может не повезти. Крылатая тварь с криком спикировала на Дарлана, видимо, он хорошенько ее разозлил своей живучестью. Не пытаясь задеть ее сталью, монетчик, скользнув в сторону, швырнул марку. Чудовище не сумело противиться инерции собственного тяжелого тела, чтобы вновь увернуться, поэтому монета угодила в цель, пробив череп чуть выше глаз. Забери Малум этого, ропена! Сдохни уже! Но монстр в очередной раз взлетел, хотя теперь его движения стали слегка заторможенными.

Откуда-то донесся звук металла, бьющегося о камень. Дарлан с удивлением обнаружил, что на мост ступил рыцарь в полном доспехе. На плече закованный в сталь воин нес двуручник. Милостивая Аэстас, это же Холдрет! Монетчик вспомнил, что его люди тащили за собой пару сундуков, как раз с латами, и этот клинок. Совсем из ума выжил? Почему солдаты не с ним? Если уж отпускать господина на риск, то хоть с подстраховкой! Замерший в воздухе ропен тоже заметил нежданного гостя и вдруг устремился к нему. Сцепив зубы, Дарлан помчался на помощь баронету, прекрасно понимая, что даже самый прочный доспех не спасет его от падения с такой высоты. Холдрет остановился, снял гигантский меч с плеча и сделал замах. На что уповал этот напыщенный индюк? Само собой, ропен оказался быстрее. Спикировав, он боднул баронета, не оставив тому ни шанса на завершение удара. Двуручник улетел в бездну, но слава богам, Холдрет лишь звонко приложился о бортик, чудом не перевалившись за него. Оттолкнувшись от моста, Дарлан обхватил меч обеими руками, направив клинок вниз. Раненый ропен двигался уже не так ловко, поэтому сталь пробила череп насквозь. Чудовище дернулось и уже безжизненное распласталось на баронете.

На мост высыпали люди Холдрета. Великолепно! Лучше бы вы его отговорили от глупостей. Они осторожно вытащили своего господина из-под туши, затем стащили с него шлем. Слава богам, баронет был цел, хотя мог сломать шею или позвоночник. Особая благодарность кузнецу - он надежно изготовил доспехи. Вид у Холдрета был бледноватый. Ошалело водя глазами по сторонам, он спросил:

– Где эта сволочь?

– Рядом с вами, - ответил Дарлан, изучая тело ропена. Он потрогал его странную кожу, на ощупь она чувствовалась шершавой.

– Почему я лежу?

– Оно вас хорошо приложило о бортик.

– Мой меч?

– На дне горной реки.

– Проклятье, - проскулил баронет. – Отец будет в гневе! Да поднимите меня уже, остолопы!

Уже возле таможни, Аган встретил монетчика аплодисментами.

– Признаюсь, молва не скрашивает способности вашего ордена, мастер! По правде, я немного испугался, когда на наших глаза вы взмыли ввысь, - сказал он.

– А уж как я перепугался, - вклинился маг. – Даже забыл от страха прикрыть тебя иллюзией.

– Пожалуй, я промолчу о том, что испытал, - с улыбкой произнес Дарлан, вытирая меч от крови ропена тряпочкой, заботливо поданной Таннетом.

– Ваша награда. – Бургомистр протянул охотникам завязанный мешочек, полный монетами. Иллюзионист торжественно принял его и спрятал во внутреннем кармане плаща.

С баронета к этому времени уже сняли доспехи. Он сидел на вынесенном из здания таможни стуле и по чем зря ругал солдат, будто они были виновны в том, что он лишился фамильного меча. Рыжебородый стражник предложил Холдрету вина, но тот послал его подальше к демонам.

– Мастер!
– вдруг окликнул он Дарлана. – Подойди.

– К вашим услугам, господин. – Монетчик подчинился, чтобы не разжигать конфликт. Но судя по гуляющим желвакам баронета, ссора была неизбежна.

– Из-за тебя я потерял меч!

– Из-за меня? Вы что-то путаете, это чудовище выбило его у вас из рук. Все здесь присутствующие видели, как это произошло.

– За дурака меня принимаешь? – как ужаленный вскочил Холдрет. Теперь он стоял прямо перед Дарланом. Они были почти одного роста, поэтому нос баронского сынка почти касался носа монетчика. Дарлан терпеть не мог, когда так делали. Как только кто-то нарушал его личное пространство подобным образом, в нем закипал гнев.

– То есть, по-вашему, все было иначе?

– Если бы ты не мешкал на мосту, я бы не пошел к тебе на помощь, болван. Ты виновен не меньше, чем эта крылатая тварь!

– Мне на помощь? Мастеру Монетного двора? Ваше светлость, похоже, вы здорово ударились головой. Вы бредите, - сказал Дарлан, не повышая голоса.

– Как ты смеешь! – Холдрет внезапно толкнул монетчика в грудь. Сдержав стон, Дарлан отступил на шаг. Ребра еще ныли от мощного удара ропена.

– Дарлан, не горячись! – крикнул взволнованно Таннет.

– И не собирался. – Монетчик отвернулся от баронета, чтобы уйти.

– Стоять! – выплюнул Холдрет.

Наверное, этот надутый ишак посчитал, что приблудный человек с татуировкой монеты не осмелится тронуть отпрыска знатного рода, опасаясь последствий. Чтобы доказать ошибочность его суждений, Дарлан врезал ему по губам. Без эфира, конечно же, калечить баронета все же не стоило. Холдрет упал на стул, дико вращая глазами. Его воины бросились к нему на помощь, но не все – некоторые выхватили из ножен клинки.