– А демон?

– К Малуму демона! Пусть катится обратно во Тьму!

– Ему приносят жертвы, - напомнил монетчик, подмечая, что маг не шутит, еще немного и он в самом деле сбежит из Лула.

– Всемилостивая Аэстас, как будто тебе самому не кажется все это мутным, что болотная жижа! Вижу, что сомневаешься.

По пути стали попадаться люди, и Таннет понизил голос:

– Ну что, валим?

– Нет, выполним заказ.

– Эх ты, эта твоя честность все-так доведет нас однажды до беды.

– Выкладывай, что помнишь об этом разновидности демонов. – Когда дело доходило до работы, маг успокаивался, начинал шевелить мозгами, поэтому Дарлан не стал ждать, пока они доберутся до постоялого двора. Увлечется рассказом, и паническое настроение тут же улетучится.

– Пурсоны имеют облик человека с головой льва, хотя когда-то считалось, что у них еще хвост в виде гадюки, это не так. Он просто покрыт змеиной чешуей, в движении нетрудно спутать. Всегда, кстати, поражался фантазии Малума, и вообще разнообразию, созданной им расы. Зачем, для чего? Мог бы всех сотворить одинаковыми. Такой же выдумщик был как элоквиты. Хотя, наверное, наоборот, они-то свои эксперименты организовали позже. – Иллюзионист хмыкнул, будто ему в голову пришла интересная мысль.
– В общем, как и сказал наш новый приятель из инквизиции, пурсоны способны заглядывать в будущее, равно как и прошлое. Недалеко, точные сроки неизвестны, но явно не больше пары-тройки месяцев вперед или назад. Что это нам дает? А то, что очевидно - демон будет нас ждать. Как только мы заключили сделку, эфир позволил пурсону узреть нас в ткани мироздания, поэтому эффект внезапности у нас, к моему прискорбию, отсутствует. Сражаться тоже будет тяжело, демон наперед угадает все твои ходы.

– Великолепно, - прервал друга монетчик. – Получается, что пурсон непобедим?

– Любое творение Малума можно одолеть. В этом нам помогут твои фантастические умения, Дарлан. Ну и мои немного. Если атаковать его кучей монет, да еще добавить иллюзий, демон устанет отбиваться и просчитывать будущее одновременно, тут-то ты его и прикончишь.

– Звучит как здравый план.

– Спасибо. Но меня волнует не то, как мы будем биться с демоном.

– Когда-ты делаешь такие паузы вместо того, чтобы просто закончить мысль, мне кажется, что в тебе гибнет актер, - засмеялся Дарлан.

– А мне кажется, ты уже что-то подобное мне говорил.

– Не помню, давай ближе к делу.

– Пурсон. – Таннет пожевал губы. – Эрдилен твердо сказал, что эти люди призвали пурсона.

– Не понимаю, к чему ты клонишь?

– Помимо пурсонов еще ряд демонов владеют даром предвидения, кто-то похуже, кто-то на подобном уровне. Например, гасионы. Откуда инквизитор точно знает, что это именно пурсон, если никто кроме демонопоклонников его не видел?

– Проговорились в борделе или слуга, что сжег гримуар, успел прочесть.

– Возможно, - как-то легко согласился маг. – Но что, если мы столкнулись с заговором?

Из ближайшего переулка раздались радостные возгласы, а следом высыпала ватага, во главе которой с гордо поднятой головой вышагивала конопатая девушка в длинной юбке и корсете. В волосах у нее была позолоченная заколка в форме цыпленка. Перед собой предводительница стихийного шествия несла потрепанного вида белоснежного петуха, видимо, победителя схватки, закончившейся неподалеку. Отважный воин непонимающе вертел шеей из стороны в сторону. Счастливые горожане, наверняка угадавшие со ставкой, зычно скандировали кличку птицы – Снежок – так слаженно, будто бы перед этим тренировались без устали несколько дней и ночей. Чтоб не мешаться, охотники прижались к теплому от солнца камню здания пекарни, из которой через чуть приоткрытые окна наружу сбегал запах свежих булочек. Пока дружный строй топал мимо, Дарлан обнаружил, что весьма голоден. Терпения до гостиницы у него бы хватило, но зачем ждать? Он поманил Таннета внутрь пекарни, где они закупились творожными пышками и пирожками, начиненными телятиной. После такого аромата, на вкус эти сдобы должны были оказаться волшебными.

– Продолжим, - сказал монетчик, покончив с горячей пышкой. Его ожидания оправдались, а желудок затребовал добавки.

– Ты сам понял, к чему я веду? – поинтересовался Таннет с набитым ртом.

– Когда в чем-то замешаны люди подобные этим еретикам, политика сразу приходит на ум. Но заговор?

– Сам поразмысли, четверо не последних людей города, ни с того ни сего объединяются и заключают сделку с тварью Малума, и вместо того, чтобы тщательно хранить секрет, способный оборвать их жизни, они заваливаются в бордель и упоминают в перерывах между оргиями демона!

– Звучит глупо, - не стал спорить Дарлан.

– В «Жемчужинках» имеются инквизиторские уши, сомнений нет, видели собственными глазами. Но вдруг, у этих демонопоклонников есть, хм, некие оппоненты, которые подбросили им гримуар, а потом донесли инквизиции, убедившись, что жертвы клюнули на наживку и воспользовались запрещенными знаниями? Эти люди как раз могли сообщить Эрдилену название демона. Вдруг это всего-навсего устранение конкурентов на лульской политической арене? А Эрдилену все равно, лишь бы сжечь кого, разглаживая рукава своей коричневой сутаны.

– Не слишком ли опасный план, чтобы избавиться он конкурентов?

– Зато самый надежный, - сказал иллюзионист, отряхиваясь от крошек. – Вот и спрашивается, не аукнется ли нам этот заказ чем-нибудь неприятным?

– Давай забудем об интригах, тем более о тех, которые мы сами, возможно, выдумываем. Есть заговор или нет, неважно. Тварь, вырванная из Тьмы, должна быть убита.

– Всевышние боги, тебе самому, похоже, пора нарядиться в коричневое.

– Монетчик – инквизитор, - произнес торжественно Дарлан. – Такого в истории моего братства еще не бывало. Вступим в орден Святой инквизиции вместе, сын мой?