– Светлого дня, Мира, – мужчина провел ладонями по лицу, избавившись от затянувших в свой водоворот мыслей. – Да, все в полном порядке.

– Какие у нас сегодня планы? – решила сменить щекотливую тему.

Ромас внимательно взглянул на меня и сам задал интересующий вопрос.

– И что, даже не спросишь, что такое было у входа в управу? Я же видел, как ты стояла неподалеку.

От вопроса мне стало неловко. Я же не могла признаться, что в курсе некоторых щекотливых событий жизни сыскаря благодаря второму участнику из разговора.

– Не спрошу. Зачем? Видно, что эта тема тебе неприятна и если посчитаешь нужным, сам поделишься.

– Ну что же, спасибо.

– За что? – не поняла я.

– За то, что не поинтересовалась. Ладно, не важно. Давай-ка мы с тобой сегодня наведаемся к родственнику нашей жертвы. И я узнал, что госпожа Ивье планирует завтра вернуться в Морану. Так что сможем задать интересующие нас вопросы этой неуловимой дамочке. Ну что, поехали?

Я лишь кивнула и сразу развернулась в сторону выхода. При этом мне казалось, что оставленный графом Морейским и лежащий в глубине сумки кошелек жег мне бедро расплавленным железом.

Жилье брата господина Мириса располагалось на окраине Мораны, по словам Ромаса, в весьма неблагополучном районе. Впрочем, это стало мне понятно, когда мы приблизились. Не высокие двухэтажные домишки на несколько квартир, отделаны не как в центральной части декоративным камнем и песчаной крошкой, а очень старой тонкой древесиной, местами отсутствующей. Окна маленькие, в большинстве скособоченные. Снаружи больше похоже, что вместо занавесок висят серые тряпки или же вовсе отсутствуют. На дорожках повсеместно разбросан мусор, многочисленные осколки бутылок. Под одним из домов, сидя и оперевшись спиной на стену, спал неопрятного вида мужчина, явно употребивший что-то из спиртного.

– Да уж, прекрасное местечко, – пробормотал сыскарь, осмотревшись по сторонам. – Мира, не отходи далеко.

При этом сыскарь отстегнул фиксирующий ремень и передвинул из-за спины на бок пристегнутый к поясу пистолет.

– Кажется это нужный нам дом, – мужчина остановился у ничем не отличающегося от остальных здания.

– Как ты это понял? Здесь даже нет номеров, – удивилась я.

– Я посчитал от начала улицы, когда мы сюда повернули. Давай подыматься, сейчас узнаем, насколько правильно.

Мы поднялись на второй этаж и остановились у обшарпанной двери облезлого коричневого цвета. После продолжительного стука изнутри раздался скрипучий голос.

– Кого еще дьявол принес? Проваливайте, я никого не жду!

– Городская управа, сыскарь Ромас Дэвис, откройте! – громко представился Ромас. – Нам необходимо с вами поговорить.

Спустя некоторое время дверь со скрипом открылась и на пороге показался болезненно худой мужчина. Вместе с этим в ноздри ударил специфический запах, от которого тут же защекотало в носу и захотелось распахнуть окно. Одет он был в растянутый грязно-серый свитер и неопрятно висящие брюки. Причем я не была уверена, что это естественный цвет одежды, а не приобретенный в процессе слишком долгой носки. Весь его вид показывал, что о каком-либо благосостоянии не может идти и речи.

– Ну раз управа, милости прошу, – насмешливо предложил зайти в жилище мужчина, отойдя с прохода.

Первым внутрь шагнул Ромас, я не отставая проследовала следом. Внутри обстановка оказалась ничуть не лучше, чем снаружи. Мебель очень старая, скособоченная. Все покрыто равномерным слоем грязи, по ощущениям пол был покрыт чем-то липким, но присесть и проверить я не рискнула. Мы прошли в единственную небольшую комнатку и дождавшись, когда хозяин сядет в единственное имеющееся кресло, Ромас подошел к окну и довольно бесцеремонно распахнул его, оставшись стоять. Мне не оставалось ничего другого, как аккуратно присесть на краешек стоящего у стены дивана.

– Будьте любезны, представиться, – попросил сыскарь.

– Невил Мирис. Неужели сыскари не в курсе, к кому в дом пожаловали? – насмешливо ответил мужчина.

– У вас нет таблички с именем на лбу, – невозмутимо отбрил Дэвис. – Господин Мирис, у нас для вас печальная новость. Ваш брат скончался.

– Вот, значит, как. – Невил не выглядел расстроенным. – Ну что же, значит Кевин взобраться взобрался на вершину, а удержаться все-таки не смог. Нечего было отрекаться от меня, может все было бы по-другому.

– Как давно вы не общались с братом?

– Он отказался мне помогать чуть около года назад. Некоторое время еще Нейли уговаривала его не закрывать глаза на родственные связи, ведь я единственный, кто у него остался. Но в итоге он бросил и ее, как и меня.

– Из-за чего прекратились ваши отношения с братом?

– Знамо из-за чего. Он выбился в люди, появились деньги, начал зазнаваться. А поддержать в трудные времена единственного брата не посчитал правильным. Ну пусть и катится, я прекрасно живу и без его помощи.